Лисья кровь

- Что делать? – она снова встала перед зеркалом, теперь уже поворачиваясь боком и рассматривая хвост. - Но все ли видят его?

Провела рукой и даже зажмурилась от удовольствия. Такой теплый и пушистый, приятно потрогать.

Резкий гудок звонка заставил ее вздрогнуть. Она посмотрела на часы и в ужасе бросилась в коридор. Дверной глазок подтвердил подозрение, что за дверью стоит ее родная мама, и у нее тяжелые сумки, которые она принесла с рынка, и нужно открыть дверь.

Как пойманная в клетку лисица, девушка заметалась из стороны в сторону, но звонок огласил небольшую прихожую во второй раз.

- Маме тяжело. Ее нужно впустить, - робко подняла голову совесть.

Из брошенной на тумбочку сумки донеслась знакомая мелодия. Через несколько секунд мама поймет, что ее дома нет, и полезет за ключами. А потом войдет внутрь, и когда увидит ее, Лиску, будет дико ругаться.

Будет ли мама ругаться из-за ее хвоста или из-за того, что дочь ведет себя непочтительно – Марина не решила. Она дернула ручку вниз и щелкнула замком. Движения вышли на автомате.

Еще одна секунда, и мама войдет внутрь. Она увидит дочь и... Что будет?

Марина закусила губу и интуитивно спрятала хвост за спину. Пусть хотя бы разуется, сумки тяжелые поставит. Нельзя так внезапно огорошивать человека. Девушка снова поднесла левую кисть ко рту и больно прикусила.

Тяжелая коричневая дверь распахнулась, и довольная мама вошла в коридор.

- Что это ты? – не укрылась от нее бледность дочери. Клавдия Ивановна бросила сумки и с тревогой подошла ближе. - Что это у тебя?

Глава 6.

- Ты точно не беременная? – допытывалась мама, и Марина с досады сжимала руки в кулаки.

Какая же приставучая временами бывает! И хотя, вроде, как спрашивает, но ничего не хочет слышать в ответ. Вот парадокс.

- Да нет же, - отвечала она.

- А почему бледная? Переживаешь из-за него? Он обидел тебя? – Клавдия Ивановна все никак не хотела оставить дочку в покое и тормошила ее, крепко держа в объятьях.

Хвост она не заметила. Марина так ловко держала его за спиной, что даже кончик не выглядывал.

- А то у меня был жуткий, жутчайший токсикоз, - взгрустнула от воспоминания мама и отпустила ее руки, - поэтому я и хочу, чтобы ты родила пораньше. Не повторяла моих ошибок. Все-таки беременеть после тридцати – это неправильно.

- Я и так родилась пораньше, - криво усмехнулась Марина, намекая на то, что родилась в семь месяцев. - Тебе нужно помочь с готовкой? Будет гость.

- Ты пригласила кого-то? – у мамы заблестели глаза.