Убийство некроманта

Мама позвонила, сказала бегом к ней. Срочно.

Нина посмотрела на часы. Полвторого ночи. Села на кровати, потерла глаза, пытаясь прогнать сон.

– Что случилось?

– Я не знаю, одевайся быстрее. Голос у мамы был такой, будто она встретила одного из всадников апокалипсиса. А то и всех четверых.

Марийка кинулась к стулу, собрала с него аккуратно сложенную Ниной одежду и всучила ей.

– Ну давай же, Нина! Не тормози.

Девушка второпях натянула на себя джинсы, свитер, накинула куртку и выскочила из дома следом за подругой.

Александр, полностью одетый, уже ждал их на крыльце. Они поспешили к домику Антонины. На улице было темно и пусто. Деревня спала и только в доме ведьмы во всех окнах горел свет.

Все трое, запыхавшись, влетели на ведьмину кухню.

Прямо на столе сидел закутанный в шерстяной плед Анчут. Он был взлохмачен сильнее обычного, испуганное лицо его покрывали мелкие ссадины. Взволнованная и рассерженная Антонина ходила по кухне быстрым шагом из угла в угол.

– А! Пришли, – обернулась она на вошедших.

– Мама, что случилось? – встревоженно кинулась к ней Марийка.

– Гаденыш ваш упыря из мельницы выпустил!

– Что?!!

– Да я не специально, просто глупое стечение обстоятельств… – лепетал Анчут.

– Молчи лучше! Чего ты вообще туда поперся?

– Я же не знал, вы же не предупреждали…

– Да у меня здесь много всего, обо всем не предупредишь! Но вы ведь и сами не маленькие, понимать должны куда приехали.

– Мама, да объясни ты толком, что случилось?

Антонина остановилась, перевела дыхание и принялась рассказывать:

– С месяц назад отловили тут недалеко упырицу. Привезли ко мне. Я на мельнице ее держала, ждала, со дня на день должен был Константин за ней приехать, забрать.

– Константин? – вскинула вверх бровь Марийка.

– Колдун. Как раз на обезвреживании такой опасной нежити специализируется… Вы с ним не знакомы. Так вот, у нас уговор был.

– А нельзя было ваш обережныый круг как-то позаметнее обозначить? По чему он в одну сторону работает, а в другую нет? – возмутился Анчут.

– Нельзя было! – оборвала его Антонина. – Тварь я тут держала тайно. Не хотела, чтобы оборотни прознали.