Связи, Цепи и Оковы (рабочее название проекта)

Парень, примерно моего возраста, личности почти заурядной, характера светлого, Узора знакомого.

Носитель Активированных Цепей, кстати.

- Утро доброго вам – начал я, не удержав радостной улыбки от вида этого редкого экземпляра – Эмия Кирицугу дома?

Полагаю, я был излишне эмоционален, в демонстрации своей радости. Но, всё же, тот самый парень, которого я вырубил в начале призыва Слуги, несостоявшаяся жертва маньяка, сирота и так далее. Научная ценность конечно нулевая, но приятно увидеть живым кого-то знакомого, если это не враг, не демон или нежить.

Такое, тёплое чувство, наподобие молока оптимальной температуры в районе сорока семи градусов, или какой-то ностальгии при встрече одноклассников после того, как память об обидах поистёрлась. Сложно описать, в общем.

Парень тем временем застыл, медленно покраснел и, буркнув нечленораздельно и бессмысленно (я проверил), убежал в дом, не разуваясь. Хлопнула с силой закрытая им дверь. Та, что, как водиться в таких домах, ездит на полозьях вправо-влево.

- Пап, там к тебе пришли.

- Кто?

Ответ ребёнка, полагаю, был тихим и нечленораздельным, но он касался меня – человека, который стоял совсем недалеко и во времени, и в пространстве.

Так. Сандалии, мужские. Шорты клетчатые, до колен, с карманами. Футболка белая, без принта. Панамка белая, с бабочками.

В каком месте это “красивая девочка”, я не понимаю. Наверное.

А, точно. Возраст. Ноги и руки (да и лицо) покрыты только тонким пушковым волосом. Учитывая возраст, миловидное в силу оного лицо, получается андрогинное существо.

Но, блин, я же не в платье пришёл, не в килте.

Люди – удивительные существа.

Как-то так, в размышлениях о смысле и тщете бытия и всего сущего, и прошли эти секунды, пока я шёл через залитый солнцем и затихающим вслед за закатом зноем, двор. Дверь дома снова сдвинулась, на этот раз обеими створками.

Нет. Не так. Более эпично и подробно было бы, пожалуй, ближе к тому, что я наблюдал.

Створки дрогнули, как от толчка, и чуть разошлись, пропуская крепкие мужские пальцы, демонстрируя в открывшейся щели смутную фигуру в халате.

Возможно, это было кимоно или, страшно сказать, юката.

Неслышно и симметрично, подчиняясь биомеханике движущих их сил, створки разъехались в стороны, лишая анонимности тень, что просвечивала сквозь материал ширм.

Чёрт. Это было красиво и технично, точно в каком-то фильме.

Я ощутил слабый запах застарелого курильщика, который Кирицугу выдохнул на три метра вперёд.