Бунтари Лемборнского университета

– В общежитии у меня припасены всякие травки… – говорю.

– Ой, как хорошо, что они тебе понадобятся! – всплеснула руками, подозрительно довольная чем-то Надия, и поймав мой растерянный взгляд, призналась: – Я, когда вещи собирала, их нечаянно тоже взяла…

Пока взбирались на жилой этаж, молчали. А я тем временем гадала, стоит ли им рассказывать про артефакт? Да, с одной стороны, безопаснее, когда никто посторонний об этом не знает. С другой, мы с девчонками и так делим такие секреты, от которых в прямом смысле зависят наши жизни.

К тому же, как я заметила, вместе нам удаётся провернуть то, что в одиночку мне было бы не под силу.

– Ну, что, где там твоя брошюра? – наконец-то отдышавшись после долгого подъёма по крутой лестнице, поинтересовалась Адриана.

– Постой, – говорю, и указываю на резные скамьи, предлагаю: – Давайте-ка присядем, я должна ещё кое-что вам рассказать. Думаю, нужно чтобы вы об этом знали.

– Ты о том, почему сбежала из дома? – попыталась угадать Милания.

– В некотором роде – да, – кивнула я, устраиваясь на широкой скамье.

– Я так понимаю, история будет долгой? – уточнила Надия, и заметив мой кивок, прошептала какое-то заклинание, в результате чего на скамьях появилась целая куча подушек и подушечек. – Тогда, стоит устроиться с максимальным удобством, – улыбнулась подруга.

Ну я и поведала обо всём. Начиная с моего первого бала, о своих мечтах про любовь, и вероломном поступке родителей, обещавших мне право выбора среди претендентов на мою руку и сердце. Видите ли, они не посмев отказать престарелому герцогу, согласились выдать меня замуж, хотя сами же и признались, что таким образом им будет гарантирована финансовая стабильность.

Девчонки повздыхали, но никто кроме Милании не мог в полной мере осознать каково это, когда родные становятся слепы и глухи, и делая вид что ничего не понимают, самостоятельно отдают тебя на растерзание.

Потом я поведала о том, как сбежала, выкрав из маминого сейфа семейную реликвию в виде ювелирного гарнитура. О том, как скиталась в первые несколько суток до встречи с графом Дортансом, Адрианой и Миланией.

О моём решении поступить в Лемборнский университет они и так знали. О тех трёх неделях, когда фаам Ксеона, их гувернантка забрала девушек к себе, а я наслаждалась неведомой доселе свободой в объятиях графа, оказавшегося ректором нашего университета, я упомянула лишь вскользь, щадя чувства Адрианы, которая давно и безответно была влюблена в графа.

Не стала я умалчивать и о происках герцога.