Бунтари Лемборнского университета

Скляночки, мешочки уже выложены. Пальцы делают своё дело, губы шепчут слова заклинания, а перед мысленным взором забывший о гордости Редерик прилюдно целует мои туфельки, моля не гнать его прочь. В груди всё клокочет от переполняющего ощущения удовлетворения от увиденной сцены. Я знаю – так и будет! Никто и ничто не сможет встать на пути моей мести. Голова идёт кругом, наружу рвётся какой-то дикий, пугающий смех, но я не могу с собой ничего поделать – упиваюсь этими ощущениями, которые вспыхивают в мозгу подобно фейерверкам, рядом с которыми, даже, некогда казавшаяся фееричной, близость с графом тускнеет и блекнет.

Последние слова произнесены, руки бросают в плошку последний компонент и образовавшаяся смесь вспыхивает невообразимо красивым, нежно-бирюзовым пламенем. И весь окружающий мир погружается в тишину. Не слышится больше перезвона, магический цветок исчез, растворившись во мне, даже ветер утих вокруг. Вот только зрение осталось прежним. На небе луна, а вокруг светло, будто в пасмурный день.

– Я это сделала, – шепчу, ощущая странную смесь усталости и клокочущей внутри энергии, и чувствую, как мои губы расползаются, в совершенно неподобающей девушке из высшего общества, кривой усмешке.

Собрав скляночки и мешочки, бросила их в корзинку и активировала свиток переноса, мысленно отправляясь не просто в замок, а в общий зал на жилом этаже…

Глава 5 Понедельник – день тяжёлый

Ощутив вокруг себя ставшие за последние дни почти родными стены, я обессиленно сползла на пол. Вокруг тут же начался переполох.

Девчонки, как оказалось, не спали.

– Что с тобой?! – воскликнула Милания бросаясь ко мне. – Селена!..

Дальнейшее скрыла дымка забытья.

Проснулась я как ни странно довольно рано. Было жарко и тесно. Я окинула сонным взглядом окутанную в первые утренние лучи солнца спальню. С двух сторон от меня дремали Милания и Адриана, Надия приютилась рядом с кроватью, забравшись с ногами на кресло.

Будить подруг не хотелось, но организм настоятельно требовал справить нужду и подкрепиться.

Осторожно перебираясь к изножью постели, обратила внимание на то, что ноги мои перебинтованы, следов грязи нет, а на мне одета чистая ночная рубаха. Сердце встрепенулось от чувства признательности.

Встав на ноги, сжала зубы, чтобы не перебудить всех рвущимся наружу стоном. Казалось, что под бинтами насыпано по горстке толчённого стекла. Кое-как, опираясь, истёртыми до волдырей руками, о первые попавшиеся предметы пробралась к ванной комнате.