Бунтари Лемборнского университета

Хотя, странно, ведь Надия и Адриана тоже присягнули, но за ними я никогда не замечала того раболепства, которое так и сквозит в каждом жесте Картенского мага. Конечно же, не исключено то, что над ним довлеет моя принадлежность к императорской ветви Картена, а для девчонок, я всего лишь подруга?

– Не желаете ли прогуляться по палубе? – тем временем предложил маг. – Сейчас чудная погода. Ещё не жарко, но солнце успело достаточно прогреть воздух…

Он говорил что-то ещё, а я всё никак не могла отделаться от навязчивой мысли, что что-то в нём не так.

В памяти одна за другой проносились наши встречи, начиная с самой первой. И да, это неимоверное раболепство было всегда, даже тогда, когда он знать не знал о том, что я каким-то образом принадлежу к императорскому роду. Или знал?..

Внезапно пришедшая мысль, едва не заставила мои колени подогнуться. Вдруг всё это всего лишь умело расставленная ловушка, в которую я сама же и нырнула, к тому же приплатив?

– Ваше величество, – бросился ко мне маг. – Вам нехорошо? Вам нужно на воздух… – начал причитать он, увлекая меня наружу.

Свежий морской воздух действительно придал мне сил. Минувшие страхи отступили, показавшись до смешного нелепыми. Очевидно всё это следствие переутомления и волнения перед посещением запретных территорий Картена. И того ночного разговора скорее всего не было, он мне просто почудился или, скорее всего, приснился, а теперь я ищу подвох во всём. Вот даже и Рени в чём-то заподозрить умудрилась, и пытаюсь уличить бедолагу в потенциальной измене, о которой после присяги и речи быть не может.

Сопровождаемая магом, я прошла к самому носу судна, откуда открывался непередаваемо красивый вид. Справа виднеется земля, вот только с такого расстояния не удаётся рассмотреть: есть ли там жилища или всё это сплошь дикие леса? Впереди сияет, поднимающееся из-за горизонта солнце. В безоблачной синеве неба кружат белокрылые чайки, в воде нет-нет да блеснут чешуёй, слепя глаза, целые косяки пёстрых рыб. Разбушевавшийся ночью ветер к этому моменту стих и теперь морскую гладь лишь слегка искажают какие-то ленивые невысокие волны, глядя на их плавность в душу вторгается умиротворение, былые страхи окончательно уходят.

Сколько я простояла, вот так глазея то на берег, то на горизонт? Не знаю. В какой-то момент, Рени подсуетился и притащил мне невесть откуда взявшееся на корабле кресло и водрузил над головой здоровенный зонт, призванный укрывать меня от постепенно стремящемуся к зениту солнца.