На той стороне себя...

И… не бойся ничего.

Я стою, как дура. Зубы от ужаса стучат. Страшно так! Спрашиваю, ты что, любовницу завел, к ней уходишь?! — с надеждой так спрашиваю. Он головой мотает: нет, мол, не любовницу…

— Все, Олька, прощай. Увидимся, надеюсь. Только… нескоро! Ладно?!

Я зажмурилась, слезы текут. Хочу закричать — и не могу. Горло сдавило. Открываю глаза, а его нет. И… звонок с больницы. Говорят — не смогли ничего сделать.

Мама задернула занавеску, отвернулась от окна, зачем-то передвинула баночки с приправами на полке.

Снова села за стол. Никита потрясенно молчал, а потом выдавил сиплым голосом:

— А дальше?

— Дальше… Меня успокоительными накачали, я как в тумане была. Путала все. И потом убедила себя, что звонок был до его прихода. Понимаешь. ДО! А психика — штука сложная, может выдать много чего. Мне и психолог позже объяснял: вы просто путаете время. Вы УЖЕ знали о трагедии, вот и…как бы сон или бредовая галлюцинация на фоне острого горя. Я… не до понимания мне тогда было. Ты совсем маленький.

А потом…

Она махнула рукой и одним глотком допила холодный кофе.

— Мы домой только через два дня вернулись. Я на кухню захожу, а там миска с тестом засохшим, мука на столе рассыпана. И отпечаток ладони. Его ладони. Я убедила себя, что все это последствие стресса и лекарств. И дед согласился. Он же врач, должен разбираться в таких вещах.

— Он тоже видел ладонь на столе?

— Наверное. Не знаю. Какая теперь разница. Столько лет прошло.

— Большая! — уверенно парировал Никита.

— Папа — там! Там, где нужно! Он смог ненадолго задержаться, прийти к тебе и попрощаться. Понимаешь? Он не был ведьмаком. Но вот…смог дотянуться. Не знаю как. Может, помог кто…

Никита осекся. В дверном проёме стоял волк. Жёлтые глаза тускло светились. Шерсть отливала синевой весеннего неба. Зверь грустно и внимательно смотрел на людей. Маркиз дернулся было сбежать, но передумал и взялся вылизывать заднюю лапу. Мама, наконец заметив наглого любимца посреди тарелок, шлепнула кота, сгоняя на пол.

Кот, видимо привыкнув к присутствию Глюка — а что, не кусается, корм из миски не ворует, — крутанулся и запрыгнул хозяйке на колени, потянулся, обнял лапами за шею. Замурчал, выпрашивая ласку.

Глюк неслышно подобрался ближе, втянул носом воздух, принюхиваясь к …чему? Что ж тебе нужно, синее чудовище? Никита интуитивно догадывался — на ТОЙ стороне зверь может принимать обличье намного страшнее волчьего.

Резко звякнул телефон, принимая сообщение.