Спасти род. Том 1

Площадь прилегающих территорий составляла 16000 квадратных метров, а сама земля со всех сторон была окружена территорией Русской Империи. Ну и стоимость...

Оценочная стоимость:269 миллионов колоннисов.

Месячный доход:нет.

Казалось бы, можно прыгать от радости и хлопать в ладоши. Продажа земли на Третьей решала все наши проблемы. Можно было и лечение Анастасии оплатить, и бизнес раскрутить, и собственным развитием озаботиться, вот только была та самая загвоздка.

Все имущество, которое не было конфисковано, на 100 процентов принадлежало Анастасии Фэнс, а «Скалистый берег» даже не Анастасии Фэнс, а Анастасии Перловой, что было более чем прозрачным намеком.

Это еще стоило уточнить у юристов, но я подозревал, что даже если бы мы не скрывались, воспользоваться этими активами я бы не смог. Особняком, явно доставшимся Анастасии в наследство, уж точно. Не без прямого дозволения главы клана и нашего с Софи деда — Федора Перлова. Ну или, как минимум, дяди Павла — первого наследника Перловых.

Я даже вернулся к мысли, которая мне уже приходила в голову. Уж не Перловы ли устроили покушение на Алексея? Не своими руками, разумеется, но как-то этому поспособствовали... Нет. Мало информации. С той же точностью можно кого угодно подозревать.

По сути, единственное, на что можно было рассчитывать из имущества Фэнсов — это схроны Алексея. Вот только к ним было соваться еще опасней из-за темного.

Впрочем, для того кто прожил предыдущую жизнь бок о бок с Сукой — это почти ерунда.

Выкручусь. И для начала нужно было заработать денег.

Сто тысяч колонисов. Именно столько стоил один месяц лечения Анастасии в клинике клана Армено. За полгода, о которых говорил врач, уже шестьсот тысяч. И это не считая двух Больших Стихийных Сердец, ценность которых — это показал разговор с Василием Морозовым — я явно недооценивал.

— ...ты слышишь меня?

Вот же... так задумался, что перестал смотреть, что вокруг происходит. Для Мастера Перемен вообще непростительно.

— Слышу я, слышу, — ответил я, оглядываясь.

Несколько минут назад последний в нашем маршруте автобус высадил нас неподалеку от центра Праджиса. Выйдя из него, мы просто двинули по одной из улиц, глазея по сторонам.

— И что я сказала?

— Слышу с этого момента, — поправился я, и добавил примирительным тоном. — Извини, задумался.

Несколько секунд она еще смотрела на меня недовольно, потом вздохнула, спросила:

— У нас денег совсем нет?

— Последние на билет ушли.