Московское Средиземье.

Прорвёмся. Я им нужен живым — заявил он и легонечко похлопал Юру по плечу, при этом, едва не сломав тому ключицу.

— А я им нужен живым? — поинтересовался парнишка, потирая невзначай ушибленное место.

— Навряд ли. И это проблема. Но я постараюсь договориться.

Юра хотел поинтересоваться с кем тот будет договариваться, когда хлопки снаружи прекратились, а в углу комнаты замерцал призрачный туман, медленно формирующийся в ростовой фантом, высокого человека.

— А вот и переговорщик. Помяни чёрта, и он появится.

Сначала, в серебристом тумане проявилось хмурое и одновременно привлекающее внимание мужественное лицо. На вид мужчине было лет пятьдесят не более. На лбу незнакомца виднелись старые шрамы, едва прикрытые седыми волосами, ниспадающими из-под тактической каски. Длинные усы и аккуратная седая бородка, делали его волевой образ ещё более мужественным. Ещё один шрам, почти рассекал правый глаз, и накладывал дополнительную, незримую печать неприкрытой воинственности.

Видимо незнакомец начал различать что находится внутри и как бы невзначай кинул леденящий кровь взгляд на Юру. Как тому показалось, он в миг оценил, взвесил и понял, чего тот стоит. От этого расчётливого взгляда, душа парнишки попыталась убежать в неизвестном направлении, а на загривке вздыбились волосы.

Постепенно переговорщик проявился полностью. Цифровой камуфляж рыжих оттенков, сливался с покрытым серебряными рунами, тяжёлым бронежилетом.

На левом боку, висел длинный меч в ножнах с серебряной головой волка на яблоке и защитой для руки, как у рапиры. Под мышкой пристроился короткий автомат «МП-5» с испещрённым рунами глушителем, а на бедре кобура с хромированным пистолетом «Кольт-1911».

Воинственный вид незнакомца дополняли разгрузка, плотно забитая тюбиками с эликсирами, магазинами и гранатами, да торчавшая из-за спины рукоять кинжала с алым камнем на эфесе.

Завершали образ, дублированные шевроны на плече и груди, с цифрой двенадцать и окровавленной головой неизвестного зверя, проткнутой сразу тремя мечами.

Полностью проявившись, незнакомец долго рассматривал пентаграмму на полу, а затем вперил жёсткий взгляд в Солдата. При этом желваки пришельца заходили ходуном, и проявившаяся гримаса неприкрытой ненависти с трудом уступила место деланому равнодушию.