Вином или Кровью?

— Завидуешь ей, да?

Ее глаза стали больше луны на небе. Она подняла голову и спросила почти беззвучным шепотом:

— Что?

— Завидуешь ведь, — Илья взял ее щеку в свою ладонь. — Что я выбрал ее, а не тебя.

Смуглое, но сейчас бледное лицо почувствовало его режущие прикосновения. Он проводил по щекам, носу, губам. Наклонялся все ближе. Будто с нежностью. Почти также, как делал это с Алиной.

— Нет.

— Что нет? Я тебя чуть ли не целую, а ты даже не сопротивляешься. Ты просто завидуешь Алине, вот и пытаешься нам напакостить.

«Когда они уже расстанутся?!» — наверно об этом думаешь каждый день.

— Я… ненавижу тебя.

— Ну-ну. Если этого не замечала Алина, то не значит, что и я такой же слепой.

— Прости меня пожалуйста. Давай вернемся домой. Обещаю, что больше никогда не буду лезть в ваши отношения.

— Так значит я прав? — спросил, хотя скорее утвердил он.

В какой-то момент ее оглушило собственное сердцебиение.

Легкие забились огромным комом воздуха.

Запаниковала сама кровь, неистово разогнавшись по жилам.

Вмиг она перестала чувствовать и холод, и головную боль. Перестала чувствовать все, кроме неодолимого, но к сожалению, запоздалого страха.

Схватив Леру за шею и запястья, Илья впился в нее губами.

Не поцеловал. — Впился губами.

Лера начала извиваться и мычать, что было мочи. Старалась отвернуть голову или ударить, но железная хватка Ильи не оставляла никаких шансов на победу.

Ее сердце колотилось так, будто бы тоже пыталось от него отбиться.

Однако все было тщетно. Не сумевший убежать от хищника зверек обречен на съедение. Не имеет значение, насколько зверек прыток или жаждет жить. Единственное, что могло его спасти — воля случая.

Илья отстранился, казалось, через сотню лет.

— Давай порадую тебя что ли. Жизнь бывает благосклонна даже к таким, как ты, — сказал он, на этот раз еще и прижав к стене.

Что могла сделать Лера, имея твердь кирпичей за спиной и приближающегося дьявола перед глазами?

— ПРЕКРАТИ, ПРЕКРАТИ, ПРЕКРАТИ!

Только закричать.

И надеяться стать услышанной. Но кто захочет подходить ко льву, раздирающему свою добычу? Единственный человек, который смог бы это остановить, находился далеко и даже не подозревал о происходившем.

— Можешь не благодарить.

От его улыбки сгустился ночной мрак.

Он заткнул Леру еще одним плотоядным поцелуем. Затем кинул ее об стену, попутно содрав тоненькую кофту.

Снежинки падали и обжигали голую кожу.