Вином или Кровью?

Он носит ее сколько себя помнит, а это — ни много ни мало — более сотни лет.

— Очевидно же, что я был пиратом. А ношение повязки уже вошло в привычку, — сказал вампир с театральной улыбкой.

Но еще одной шутки Артем не оценил. Поняв это по его лицу, Вальтер снял с себя улыбку и вскинул ладони.

— Ладно-ладно. Да не знаю я. Сроду нет у меня его.

В доказательство он приподнял повязку, обнажив сшитые между собой веки. В ответ на боязливое ошеломление вампир лишь пожал плечами.

***

Вальтер слонялся из угла в угол.

Поручений ему не давали, и все, что оставалось — это любоваться новыми залами и коридорами. За два с половиной месяца изменилось все: от дешевизны и серости прошлой забегаловки не осталось и следа. Теперь это вновь шикарный ресторан, будто со страниц глянцевого журнала. Конечно, по-прежнему не хватало многих деталей и посетителей, но проблем теперь уже точно не возникнет.

— О, Феодосий, — с черного входа зашел Леон, держа какой-то буклет в руках. — Не видел его?

— Кого?

— Ну… его, — он провел пальцами по вискам, как бы рисуя косички.

Вальтер понял, что подразумевался не кто иной, как Артем. Вопрос был в том, зачем устраивать немой театр, если можно просто назвать его имя.

— Кого — его? — вампир состроил гримасу непонимания.

— Ну его, его! — в отчаянии Леон сам начал озираться по сторонам. Но никого кроме Вальтера он не обнаружил. Не заметив Артема невзначай, можно с уверенностью заявлять, что поблизости его нет точно.

— Я тебя не-по-ни-маю.

Может назовешь его по имени?

Уже слыша ехидство в его голосе, Леон махнул рукой и оставил безнадежного коллегу. К его счастью, со второго этажа спускалась Элла.

— Элла! Не видела его?

— Ам… кого? — также озадачилась она.

Он проделал тот же жест, который минутой ранее показывал Вальтеру. Но кажется, это лишь усилило ее непонимание.

Леон испустил шумный выдох и через секунду Вальтер заметил, как дернулись уголки губ Эллы.

— Не могли бы Вы назвать имя?

Видимо, все зашло слишком далеко.

Лицо Леона вспыхнуло багрецом.

— Да можете. Не. П’икидываться. И п’осто. Сказать. Где. Находится. Че’тов. А'тем?!

Вальтер застыл в ошеломлении. А затем рассмеялся, сгибаясь пополам. Он ожидал что угодно: мешающую гордость, плохую память или даже своеобразную проверку. Но настоящий ответ, безусловно, оказался лучше всех вариантов.

— Что за шум, кто смеется?

Как нельзя кстати, со ступеней спрыгнул Артем.