На углу Пскопской и Йеллопуху

То добрый, то злой. Но я уже научилась угадывать его настроение. По усам. Какой бы Хочь образ не выбрал, всегда предпочитает, чтобы у него были усы. Так вот, если они вверх закручиваются – он мировой парень. Если висят – лучше на глаза не попадаться.

Макар припомнил, что у таксиста усы свисали до самой шеи как у дореволюционного украинского хлопца.

- Значит, с ним сегодня лучше не встречаться, - задумчиво произнес студент.

- Тебя тоже у двери застукали? – хмыкнула Окси. - Ты не оригинален. Но только я удостоилась ружейной канонады.

Наверное, тебе уже рассказали повесть о настоящем полковнике? Котяра любит нравоучения читать.

- Хочь убил его?

- Пф-ф-ф, лучше бы убил. В психушке наш спаситель Рапунцель. Увидел говорящего кошака и начал с перепугу палить. Застава сразу поняла, что нам такой постоялец не нужен, вот метаморф и постарался. Всего лишь пару слов мужику на ухо шепнул, а тот слюни как дитя пускать начал. С тех пор я стараюсь не нарываться, боюсь услышать эти заветные слова.

Окси выгнула спину, потянулась, а потом похлопала по постели.

- Макарушка, а ты чего стоишь как неродной? Садись рядом, не покусаю, - но взгляд Окси говорил об обратном.

- Я пойду, меня, наверное, на кухне Гугл ждет.

- Ой, я тебя умоляю! – Окси закатила глаза. – Какой гном? С утра на кухне Петрушка с Мурзилой командуют. А Гугл в это время инфу собирает. Так он, кажись, выражается, когда летописи Заставы штудирует. Я бы тоже хотела посмотреть, что эта маленькая какашка в них про меня записала.

- Ты о Крошке Пиу?

- О ней.

О мерзавке. Это с виду она девочка-одуванчик. Вроде ничего такого не делает - калякает рисуночки да номер присваивает. А ты попробуй, приложи ладонь к тому рисуночку. Он тебе такое выдаст!

- Как это?

- Я случайно узнала. Когда меня на Заставу занесло, Крошка Пиу, как здесь водится, начала мой портрет рисовать. Мне захотелось посмотреть, вдруг она меня уродиной изображает? А эта козявка ладошкой мазню свою прикрывает и книгу отодвинуть пытается. Ага. Не на ту нарвалась.

Я гроссбух рукой к столу прижала, а сама на Пиу, прищурив глаза, смотрю. Нечего, мол, со мной в гляделки играть. Я таких сопливых еще в детстве обыгрывала. И тут меня как будто током шибануло, а в голове живые картинки появились о жизни какой-то неудачницы. Отдернула я ладонь, когда Пиу противно так заверещала, глядь, а на той странице наша Петрушка нарисована. Прикинь, оказывается, ее по ошибке похитили! В катафалк засунули и в гробу на Заставу принесли.