Охотник за тенями

Заранее продумав в голове всевозможные поводы, под которыми его могут отправить домой, а после, приготовив к ним ответы, Ренэро глубоко вдохнул и на выдохе, повернув ручку, вошёл внутрь. Не успел Лоснин сделать и шага, как уже нарвался на своего наставника. Он стоял возле шкафа с документами и листал серую папку, ту самую, куда его помощник складывал все отчёты по делу о священнике.

- Опаздываешь, – усмехнувшись, отозвался Байнгер, посмотрев на своего помощника. – Врачи хотели тебя оставить там подольше, но ты сбежал?

- Хотели заключить меня под домашний арест на полтора месяца, – пожав левым плечом, ответил Ренэро.

– Пришлось согласиться, а после, скрипя душой нарушить запрет.

- Понятно, – убрав папку на место, Айто посмотрел на правое плечо Лоснина. – Как рука?

- Да, – махнув, ответил Ренэро, – если её не трогать, то, как ничего и не было.

- Смотри, не перетруждайся, – кивнув, Байнгер прошёл к кулеру и налив в две кружки кипятка, опустил туда пакетики и с чашками в руках уселся на диван.

– Ну что я могу сказать, допрос ты пропустил.

- Жаль, – цыкнув, ответил Лоснин, присаживаясь на другой край дивана. – Что сказал наш священник?

- Пел как соловей, – усмехнулся Айто. – Думаю, если бы на него ещё чуть надавили, он бы вообще всё “Око ночи” заложил.

- “Око ночи”, – переспросил Ренэро, не донеся кружку ко рту, – а оно здесь причём?

- Помнишь при разговоре с Фаустом, я выдвинул предположение о кроте в его шайке, – Лоснин кивнул.

– Так вот, ещё тогда мне показалось странным, что человек из банды сдаёт какому-то левому человеку информацию, после чего его товарищи погибают. Да, крысы могут быть везде и в разных количествах, но здесь всё не по законам логики. Обычно, если в банде заводится крыса, она сдаёт своих дружков полиции или, в крайнем случае, другой банде, которая враждует с бандой крысы или которая хорошо платит. Но здесь получается так, что член банды убийц сдавал своих коллег по цеху левому убийце, пусть и с религиозными замахами.

- То есть, – неуверенно протянул Ренэро, – наш убийца и гроза “Ока ночи” сам состоял в этой банде?

- И состоит, – кивнул Айто, улыбнувшись, – хотя вернее сказать всё же состоял. Вряд ли Фауст оставит при себе человека, который убивал его людей.

- Но зачем? – на лице Лоснина выступило искреннее непонимание.

- А я уже сказал. – отпив из кружки, уклончиво ответил Байнгер.

В кабинете повисло молчание.