Охотник за тенями

Наконец выпрямившись в кресле, Стиринс выпил остатки тёмно-коричневой жидкости залпом и, взяв дальний от себя телефон, быстро набрал какой-то номер и в напряжение стал ждать. Через минуту с той стороны послышался чей-то глухой голос, после чего голос Трэвиса прозвучал спокойно и учтиво, но при этом как гром среди ясного неба.

- Мне нужен мистер Фауст. Это касается его поручения.

Ренэро, который выступал в роли молчаливого наблюдателя и писаря, невольно открыл рот, в то время как на лице Байнгера выскочила довольная ухмылка, видимо он предвидел, что такие обстоятельства заставят приближённого к главе “Ока ночи” сделать этот звонок.

Про себя Лоснин отметил, что как бы Стиринс не козырял связями и знакомством с Фаустом, он был лишь мелкой сошкой, которую не посвящали ни в какие дела банды. “Значит господин Трэвис всего лишь держатель легального бизнеса главы банды, обычный кошелёк, которому до поры до времени покровительствует одна из самых жестоких группировок города”.

После тяжёлых секунд молчания, повисших в кабинете, голос Стиринса прозвучал неожиданно, от чего Лоснин вздрогнул.

- Мистер Фауст, – голос Трэвиса звучал спокойно, а лицо его было идеалом серьёзности, но даже в таком виде в словах хозяина кабинета слышались приторные нотки. – Простите, что беспокою… Нет… Нет… Мистер Фауст, я как раз звоню по этому поводу… Как раз тот, кто ведёт следствие сейчас передо мной… Нет… Мистер Фауст, я не хочу предавать ваше доверие… Они вышли на след убийцы, но утверждают, что его похитили люди на белом джипе без номеров… Да, именно так они и думают… Хорошо, включаю громкую связь.

Стиринс отложил трубку в сторону и нажал кнопку на телефоне, от чего на нём загорелся красный индикатор. Повисло трёхсекундное молчание, после чего из динамика на телефоне раздался голос.

- Вы соответствуете своей репутации, мистер Байнгер, – голос принадлежал мужчине, явно молодому и с небольшой картавостью.

Фауст говорил с лёгкой насмешкой, но даже в таком тоне слышались жёсткие нотки, от которых Ренэро невольно повёл плечами. – О вас ходит много слухов, а о вашем прозвище и подавно, поэтому, несмотря на то, что мы по разные стороны баррикад, я рад знакомству с легендой нашего города.

- Не могу ответить взаимностью, – в голосе Байнгера засквозило холодом, он придвинулся ближе к столу и уставился на телефон так, словно это был живой человек.