Охотник за тенями

Гитаристы высекали рифы, барабанщик с неистовым лицом, бил по тарелкам, а вокалист переходил от писка к визгу, которым, при большом желании, можно лопать хрустальные бокалы. Ренэро подошёл к бару и, заказав себе самый дешёвый коктейль из имеющихся, хотя и он стоил очень прилично, занял наблюдательную позицию. Постукивая ногой в такт музыке, Лоснин внимательно следил за лестницей на второй этаж и балконами. Почти все, кто поднялся наверх, зажигали прямо на балконе возле перил, не хватало лишь мужчины с повязкой на руке.

Как и думал Ренэро, цель номер один заняла свою позицию поглубже на втором этаже, чтобы никаким образом не попасться на глаза тем, кто стоит внизу, и просто ждал, что кто-нибудь незнакомый или подозрительный поднимется к нему сам.

К концу подходила третья песня, люди мокрые и красные, не уставая плясали и подпевали громче вокалиста. Лоснин же, всё ещё сидя у бара, с опозданием понял, что завтра в ушах у него будет звенеть так, словно в голове открыли колокольню, а про боль, пульсирующую под черепом, и вовсе не стоит говорить.

Когда Ренэро уже подумывал купить ещё один коктейль, чтобы не сидеть как неприкаянный, его плеча кто-то коснулся.

- Так и будешь тут сидеть? – перекрикивая музыку, спросила Найла.

- Я люблю наслаждаться музыкой, – так же громко ответил Лоснин. – Танцы не для меня, я как слон на льду.

- Вот как, – на лице девушки выскочила лисья улыбка, – а я думала пригласить тебя. Следующая песня медляк.

- Что? – в искреннем удивлении переспросил Ренэро. – Почему я? Ты же пришла с каким-то парнем.

- Это моя подруга с ним пришла, – фыркнула девушка. – Я в их компании третий лишний.

И не успел Лоснин придумать какой-то более весомый аргумент для отказа, как его схватили за запястье тонкие пальцы и, стащив со стула, потащили к танцполу. Пребывая в шоковом состоянии, Ренэро стоял в гуще толпы и с немного глуповатым лицом смотрел на то, как солист группы довывает последние ноты.

Едва гитара затихла, по залу прокатился шум волн, барабанщик начал аккуратно, словно по фарфору, настукивать палочками тихий ритм, в то время как соло гитарист наигрывал лёгкий мотивчик.

- Третий океан слева, – подумал Лоснин, узнав мотив песни. – Она, кажется, шла немного раньше в альбоме.

Из задумчивого состояния Ренэро вывело лёгкое покашливание, которое было прекрасно слышно в тихом вступлении музыкантов.