Стихия Смерти: Древняя Война

Это в нашей крови, и многое в этом мире зависит от наших действий, вы все это прекрасно знаете. Наша магия даже против нашей воли свела нас вместе, и сблизила тоже. Мы бы не избежали этого в любом случае. И теперь понятно, что не зря.

Он знал это лучше всех остальных. Ведь именно с него все и началось. Точнее, с него и Эффи. С их родителей, которые погибли от рук участников Ордена в тот день, а Эффи и Ника кто-то успел спасти. Они бы тоже не выжили.

И с того самого дня эти двое хранили тайну от друзей о том, что их родители мертвы.

Они сами до сих пор не знали, почему так случилось. И где искать ответы.

Василиса, прищурив глазки, обратилась к Дино:

– Интересно только, почему ты так внезапно растерялся, когда сбил с ног вампиршу? И на сестру ее запал.

Дино, закатив глаза, тут же начал оправдываться:

– Я был пьян! Какая вам разница, что я делаю, когда я пьяный? Я их не боюсь.

Все с сочувствием посмотрели на него, прекрасно понимая, почему. Богдан развел руками, быстро переводя тему:

– Нам надо как-то входить в образ, притворяться.

Мы там были под магической завесой, и, судя по всему, этого никто не понял. Надеюсь на это. Будем продолжать в том же духе, все вышло как надо. Никто не понял, кто мы.

– Да, но нужно быть хоть немного поосторожнее... – согласился Ник.

Дэни яростно закивала и быстрым взглядом окинула всех:

– Ага, и не позволять им залезть к нам в мозги! А то еще зачаруют, а потом не успеешь оглянуться – а они уже у тебя дома поселятся! Да ведь?

Эффи вдруг стало не по себе, и она быстро опустила взгляд в землю, что не укрылось от Ника.

Он настороженно на нее смотрел пару секунд, и снова на всех остальных. И это от нее тоже не укрылось.

Это она здесь – тот самый человек, которому «залезли в мозги и поселились дома». И стыдно, и страшно.

– Ну и, что будем делать? – обреченно поинтересовался Дино. – До такого раньше не доходило. Обычно какие-то одиночки на нас нападали, и мы просто отбивались от них – ничего особенного. А теперь мы сами нашли их, и у нас есть преимущество.

Василиса подозрительно покосилась на него, хмурясь и быстро отводя взгляд в сторону – явно вспоминая про Раймона. Все эти дни она думала о нем без остановки. В этом даже было что-то мазохистское – особенно когда он минут на пять объявился, «случайно» телепортировав к ней в художественную студию. Эмоций было слишком много, но и вопросов еще больше. Но она точно не хотела, чтобы он пострадал, кем бы он ни был.