Стихия Смерти: Древняя Война

– Я вижу, – усмехнулся тот, – Такие раны нельзя оставлять незалеченными, – он многозначительно посмотрел на Розу, потом на Лорен, и выдвинул искусственные клыки. Роза и Лорен одновременно заохали. Велимонт все понял и закатил глаза: – Они ненастоящие. Я не вампир. Такие фокусы любой маг умеет делать.

Больше не спрашивая, Велимонт быстро укусил себя за запястье, спрятал клыки и протянул Лорен свою руку.

Лорен недоверчиво уставилась на нее, потом на него, ища в его взгляде хоть немного того, что прибавит ей смелости.

.. Выход был один – довериться.

Девушка осторожно взяла его запястье, медленно поднесла к губам, попробовав кровь из его раны, затем закрыла глаза и отключилась, всего на пару секунд. И ощутив действие его крови, она жадно прижалась к ране губами, и почувствовала где-то внутри себя вечность, пустоту... и любовь. Всепоглощающую, неуверенную, жертвенную. Все это в одном стакане. Лорен закашлялась.

Роза, наблюдая все это со стороны, нахмурилась и приподняла бровь – в ее взгляде даже промелькнуло что-то пошленькое.

Да уж, они-то с Лорен сейчас отлично бы поняли друг друга. А вот Велимонт уже начинал пошатываться и прикрывать глаза, поэтому держался за плечо Лорен.

Оторвавшись от его руки, Лорен почувствовала, как ее сердцебиение участилось, а голова долго не могла придти в состояние спокойствия, даже немного шатало. Маг смерти тут же удержал ее на ногах, придержав за плечи. Ей стало лучше, почти сразу. Она слабо улыбнулась и благодарно посмотрела на своего лекаря.

Но тут же ее вдруг скрючило от острой боли.

Лорен тихо вскрикнула. Ничего не понимая, Роза и Велимонт бросились к ней, осторожно поддерживая. Роза отчаянно восклицала что-то, осматривая ее и пытаясь помочь, но слова Розы звучали у Лорен как в тумане.

– Лорен! Что с тобой? Скажи что-нибудь! Ну, посмотри на меня! Если мы связаны, почему это происходит не со мной?!

***

Солнце взошло достаточно высоко, чтобы согреть даже дворы-колодцы. Центр Питера оживал и просыпался, жизнь вовсю кипела.

В этой части города жизнь всегда отличалась от той, которая была на островах, на севере или на юге. Владимирский проспект шумел так, что слышно было даже в маленьком дворе-колодце.

В это позднее утро Эффи – самая загадочная подруга Лорен из компании, в этот самый момент сидела на белоснежном подоконнике в своей небольшой студии, слушая музыку, и привычно красила глаза и губы в черный цвет. Этот день почти ничем не отличался от всех других.