Позывной Кот

Холодная сталь прошла вскользь лишь раззадорив её, и тут же последовал сокрушительный удар в солнечное сплетение, отбросивший Кузнечика на несколько шагов вперед. Улучив момент, я рванул вперед и, схватив остолбеневшую девушку, отпихнул её подальше, крикнув, - Беги, - и уже в прыжке допустил ошибку, сойдясь с ведьмой в рукопашной схватке. Ошибка была сознательная, надо было любыми средствами отвлечь Варвару от Веры, задержать её хоть на какой-то миг, иначе все мероприятие можно было спускать в наш любимый открытый люк.

 

От моих ударов Варвара легко отклонилась и, со стремительной скоростью нырнула мне под руку. Стальные объятья сжали мою грудную клетку, ребра затрещали, а в глазах поплыли темные пятна. Несколько ударов по ушам все же заставили ведьму ослабить захват и, ударив её по ногам, я рухнул вместе с ней на землю. В тот же момент моя противница оказалась на мне, и принялась меня душить, сжимая руки на моем горле с удвоенной яростью. Глаза ведьмы светились победным блеском, ведь она почти добилась своего.

Один противник, очевидно получив серьезные повреждения, сейчас лежал без сознания, а второй, вот он, в руках, только еще немного нажать. Чувствуя, как силы покидают меня, я, ослабевшими руками попытался вытащить нож из ботинка, но был снова пригвожден к земле, пребольно ударившись затылком о замерзшую землю. Рыжая расхохоталась, обдав меня своим неповторимым зловонным дыханием, которое уже попросту не нужно было скрывать, и стала стремительно меняться, принимая свой истинный нечеловеческий облик. Волосы потускнели, глаза провалились, ногти на руках начали стремительно удлиняться, а цвет кожи из бледно-розового сменился на зеленоватый. 

- В обличии ведьмы ты очень страшна, - прохрипел я, пытаясь отогнуть пальцы бестии с горла. 

- Тебе страшно, ублюдок? - хохотала ведьма. – Сдохни, сдохни же.  

Путем невероятных усилий, освободив горло и судорожно глотая воздух, я откатился в сторону, но ведьма кинулась за мной и мы, сцепившись вопящим злобным клубком, принялись кататься по снегу.

Руки ведьмы тянулись к моему горлу, на губах выступила пена, а глаза горели сумасшедшим огнем. 

Бах. В глаза ведьмы появился испуг и непонимание и вдруг обмякнув, она упала мне на грудь, показав развороченный пулей затылок. Я еще раз судорожно вздохнул, наполняя легкие кислородом, и скинув труп противницы на землю, принялся подниматься.