Ведьмочка в пролете

Это ж сколько флирта давит на каждый квадратный сантиметр нашего декана (или кубический, на животе)? Страшно даже предположить!

— Я не нарочно! — испуганно воскликнула я.

— Я знаю. Однако будь вы обычной визардой, а не недавним несведом, я бы призадумался. Какое заклинание вы использовали?

— Из книги. Может, полотенце?

— Не надо. Покажите заклинание.

Я быстро подсунула учебник под мокрый нос Дебриса.

— Понятно. Неудачное издание, с некоторыми неточностями. У этого заклинания отложенный эффект, нужно было подождать.

Вместо того, чтобы поднять омуты, вы подняли всю воду.

— А… понятно. Всю воду… ну… теперь ясно. Вы не сердитесь? — пробормотала я.

— Опыт нарабатывается на синяках и шишках, по себе знаю, — декан развел руками и окропил ковер дождиком с рукавов. — Но вам лучше заниматься с опытным преподавателем. Со мной. Вышло не очень, но терпение ваше впечатляет. Сколько часов вы колдовали над водой, визарда? Два, три?

— Ну… — я зависла, — не так долго, минут десять. Ничего не получалось, я плюнула и ушла.

Воду оставила… помыться. Пришла, а оно… вот. Простите, я не знала, что это вы нечаянно… искупаетесь.

— Всего десять минут? — препод тоже завис, глядя на подсвеченную молниями тучку под потолком. Отвис, потер подбородок, переступил, похлюпывая ковром. — Вас леди Анабель сканировала? Какой у вас резерв?

— Я не… знаю. В свитке этого не было. Хранительница сказала, что уточнит позже.

— Странно, — Дебрис нахмурился. — Я, кажется, понимаю теперь, почему магистр Серениус направил вас ко мне.

Пройдете тестирование еще раз. И давайте разберемся с водой.

— Полотенце? — еще раз жалобно предложила я. Смотреть на мокрого преподавателя было холодно.

Дебрис снисходительно скосил на меня глаза. Черт! Это ж кессонную болезнь заработать можно, глядя в такие очи! Будь у нас в техноложке похожий декан, девчонки и не учились бы, только решали «проблемы» в деканате, выдуманные, разумеется.

Конечно же, полотенце Дебрису не понадобилось. Зачем опытному магу какое-то там банальное полотенце? Препод велел мне открыть балконную дверь и небрежно провел снизу вверх рукой.

Вся вода с шумом устремилась к потолку. Через минуту передо мной на совершенно сухом ковре стоял совершенно сухой декан. Его волосы некоторое время порхали в воздухе над плечами, встряхиваясь, словно змеи Горгонны (распушившись, будто под потоками воздуха из фена), а затем улеглись в гульку.

— Вау, — только и смогла вымолвить я.