Пыльное королевство

В конце концов, во что превращаются все эти произведения искусства? Вон они лежат за границей моего сада, покрываясь пылью веков!

- А как же любовь? – выпалила Женька, и тут же мысленно обругала себя на несдержанность.

Фраза прозвучала наивно и пафосно, как у старшеклассницы, начитавшейся дамских романов.

Садовник усмехнулся.

- Любовь? Странное, не поддающееся логическому анализу чувство. Своего рода – безумие, нередко ведущее к гибели. Какой уж тут смысл жизни! Нет, должен быть некий эталон Истины.

- Так вы откроете миру Истину, когда найдете ее?

Хозяин дома покачал головой.

- Зачем? Главную Истину каждый должен искать для себя сам. И откуда я знаю: вдруг мое открытие принесет людям вред? А я не хочу никому делать ни добра, ни зла.

- А добро-то, почему не хотите причинять? – снова удивилась Женька, которую уже немного утомил это философский диспут.

- Потому, что все должно идти своим чередом. Вот, как у меня в саду. Одни растения цветут, а другим приходит срок увянуть. Не следует вмешиваться в движение событий.

- Однако, меня вы спасли - буркнула Птица. – Разве это не добро?

Садовник быстро взглянул на нее и встал.

- Не знаю… - сказал он. – Это вышло само собой. Я наткнулся на тебя случайно. А сейчас я покину тебя. Завтра меня ждет долгий день, полный трудов.

ГЛАВА 12. Время пахло не пылью - солёным приморским ветром…

Павел сидел на остатках ступенек между двумя львами, и курил одну сигарету за другой.

- Жаль, выпить нечего – прервал он, наконец, молчание. – Какое-то у меня безрадостное свидание вышло. Нет, умом я, конечно же, понимал, что от пристани мало, что осталось, но проверять ни разу не ходил. И сердце в это верить отказывалось.

Государь вздохнул.

- Я ведь уже говорил, господа львы, что помню эту террасу совсем другой. Известно ли вам, что если взглянуть на неё с определённого места дворцового парка, она представляется цоколем замка, и как бы составляет его часть? Вся многотонная каменная громада пристани стоит на деревянных сваях.

А ее стены отвесно уходят в воду. Который век стоит! Винченцо Бренна, мой придворный архитектор, был большой знаток своего дела! Впрочем, не буду отвлекаться. Так вот. Терраса, вместе с прилегающим к ней садиком не раз служила сценой для театральных представлений и праздничных фейерверков.