Пыльное королевство

И лезть в эту окаянную дыру, несмотря на то, что мне совсем не хочется. Помнится, старина Гиббс любил повторять: «случайностей нет - либо тебя пометил перст ведьмы, либо рогатый бог на тебя наплевал, и решил забыть о твоей никчёмной шкуре». Не знаю, что там с ведьмами, а Бог обо мне точно забыл. Да и какой смысл рассуждать, если я твердо знаю, что без Женьки мне жизни нет? Умирать-то все равно придется. А уж, каким способом – роли не играет. Что подставить шею под бычий хвост, что расшибиться о камни или утонуть в море, разницы никакой.

Государь вздохнул, и опустил ноги в дыру, стараясь нащупать хоть какой-то выступ. Ему повезло – ракушечник не был гладким, а колодец - слишком широким. Обдирая локти и колени о камень, и задыхаясь от мерзкого запаха, Павел начал медленно спускаться в неизвестность. Воняло в «преисподней» так, что у него периодически темнело в глазах.

- Кажется, сейчас я все бы отдал за удар кинжала, прекратившего мои мучения - успел подумать он, теряя сознание и невольно отпуская руки…

Очнулся он от того, что кто-то настойчиво вылизывал его лицо мокрым и горячим языком.

- Цербер, исчезни! – пробормотал государь, отмахиваясь, и не открывая глаз. – Дай умереть спокойно!

Но все же сообразил, что у стража Подземного мира было, как минимум, ТРИ головы, и имелся куда менее дружелюбный характер. Павел с огромным трудом разлепил веки, и обнаружил рядом с собой не чудовищного черного пса, а очень знакомого мультяшного львенка.

- Здравствуй, Симба! – хохотнул государь. – Ты по-прежнему гуляешь, где попало? Смотри, опять нарвешься на неприятность. Или злые гиены здесь не водятся? Кстати, не мешало бы понять – где это чертово «здесь»?

Павел приподнялся на локте и оглянулся. Он лежал под скалой на узкой полоске песчаного берега. Над ним нависал уступ с отверстием, из которого до сих пор медленно сыпался какой-то мусор.

- Хм! Видимо, отсюда я и вывалился. Ну, раз убиться у меня не получилось, то надо хотя бы умыться.

Он встал, сбросил с себя драный «камуфляж», и пару минут внимательно разглядывал свои столь же ободранные конечности. Придя к выводу, что они особо не пострадали, а голова не только цела, но и соображает, Павел шагнул в полосу прибоя. А львенок уселся под скалой, дожидаясь, пока он завершит свои водные процедуры.