Брак по расчету

Он даже не задумывался над тем, как за несчастных полтора месяца она для него стала много значить. Привык, привязался, хотя пытался навсегда отбросить все чувства и относиться к женщинам, как к еде и способе удовлетворить похоть. А вот не вышло. Судьба повернулась другим боком, душа прикипела к странной девушке… Ему бы хотелось верить, что они смогут наладить эти несчастные отношения, смогут жить хотя бы в мире и добре, даже если и с ее стороны любви не будет. Не страшно…

— Это будет красивый кадр, — вместо всех объяснений выдавил он, мысленно костеря себя за малодушие.

Вот убивать людей и нелюдей по заказу не боялся, а признаться в симпатиях собственной супруге страшится, как прыщавый подросток.

— Ага, — Лида переступила с ноги на ногу и взглянула на камеру. — А можно будет посмотреть… ну… фотографии?

— Ты хочешь, чтобы я сделал их прямо сейчас? — Виктор приподнял бровь, но решил, что это будет неплохим способом отвлечь жену и заодно еще больше сблизиться. Пусть душевно, но все же…

— Ты куда-то спешишь? — ответила вопросом на вопрос Лида.

— Нет, я свободен в ближайшие дни. Все равно все выходные и отдыхают. Что здесь, что во Франции. Хотя там таких масштабных выходных на неделю нет.

— Ну вот, — Лида склонила голову, рассматривая Виктора уже в совершенно ином свете. Какой-то он стал… слишком заботливый, слишком добрый. И уже не ругался с нею из-за пустяков. Да и ее пока не тянуло на ругань. Пережитая боль как-то не способствовала желанию нарываться на скандалы.

В подвале оказалось совершенно не так, как Лида себе представляла.

Ничего похожего на страшные обиталища вампиров. Даже завалящего гроба не стояло, что совершенно обескуражило девушку. Виктор включил странный красноватый свет, наверняка предназначенный для работы с фотографиями, и позволил ей пройтись по подвалу, заглянуть в закоулки и не найти ничего, кроме пауков и легкого налета пыли.

— Хоть где-то у тебя не настолько чисто, — покачала головой Лида, глядя на столы с расставленными на них емкостями с жидкостями.

У столов стояли обыкновенные стулья, а сверху над этим всем висели веревки, как для белья. На них, должно быть, Виктор развешивал свои фотографии.

— Сюда клининг не заходит, я так распорядился. Не хочу, чтобы они видели слишком личные вещи. Иногда сам убираюсь, если не забываю, — Виктор лишь качнул головой и взялся перематывать пленку в фотоаппарате.

Лида еще раз прошлась по подвалу, пока муж грел воду и смешивал реактивы в специальных емкостях.