Ведьма в свободном полете

Я поразилась тому, какой жалкой смотрелась колдовка рядом с бабулей, несмотря на красоту и молодость леди О’Мэйли. Скромное серо-серебристое платье Надежды Громовой казалось королевским рядом с пошлым золотом наряда Галады.

Леди Гэл посмотрела на мое платье. В глазах колдовки мелькнул огонек разочарования. В остальном ничто не указывало на то, что Громов передал Верховной ведьме мои обвинения – те, что я успела высказать в кабинете. Галада быстро вернула на лицо восхищенное выражение и защебетала о том, какая я красивая.

Бабуля посмотрела оценивающе и вдруг скомандовала:

— Не комильфо всем нам громоздиться в один автомобиль. Саша, Гэл, вас отвезет лимузин. Илюшенка, поухаживай за Аделаидой, мы втроем поедем в кабриолете.

Самым сложным было сесть так, чтобы не помять платье, вряд ли я смогла бы применить отглаживающую магию на самом балу. Илья занял место напротив нас. Сегодня он выглядел довольно… симпатично: не такой прилизанный, в красивом фраке, да и вне общества отца и Галады заметно расслабленный.

— Илюшенька, дружочек, ты не против нашего небольшого женского tête à tête (*)? — обратилась к нему бабуля.

(* разговор наедине)

Парень вежливо наклонил голову в знак согласия. Надежда Александровна поставила «немой полог». И замолчала, глядя в окно. По кожаной крыше автомобиля стучал дождь.

— Я порой бываю резка, — сказала бабуля, не поворачиваясь. — Но и ты не подарок. Одно могу сказать: ты уже намного лучше держишь осанку, приятно посмотреть. Значит, мои уроки пошли на пользу.

Такую шею, как у нас, Громовых, нужно нести гордо, даже если она дрябла и покрыта морщинами, как у меня. Шея – одно из лучших украшений женщины. Что за кулон на тебе?

— Подарок.

— Юджина Сальди? Орхидея – их фамильный цветок. Означает…

— … страсть? — я облизнула внезапно пересохшие губы. Как же я сразу не догадалась!

— Верно. Страстей у них в семье хватает. А еще крепких, долгих браков, что, разумеется, говорит в их пользу. Заметь, я сейчас говорю именно о Сальди, а не о Турнаевых, эти лишь примазались к великому роду.

Отчим Юджина…

— … отчим?

— Ты не знала? Умар женился на матери Юджина, Белиссе Сальди, когда малышу было два года. Бедная Белисса. Должно быть, ей непросто было, когда погиб ее первый муж. Полагаю, семья ограничила ее свободу, и ей захотелось вырваться из клетки с помощью поспешного брака. Но этот Умар – скользкий тип. На днях имел наглость потребовать у нашей семьи подписания брачного договора.