Спящий

— Свободу узникам совести!

     Стоило бы стрелять молча, но политические лозунги для подобной публики всегда стояли на первом месте, и потому анархист сначала крикнул и лишь затем открыл стрельбу. Точнее, открыть стрельбу попытался, нисколько в этом не преуспев: его пистолет просто взорвался!

     Обломки оружия разлетелись по сторонам раскаленной шрапнелью, никого при этом, к счастью, серьезно не зацепив, а несостоявшегося убийцу немедленно повалили на пол подоспевшие констебли.

Впрочем, угрозы никому он теперь не представлял, более того — нуждался в неотложной помощи сам: из культи его изуродованной руки безостановочно хлестала кровь.

     — Врача! — заголосил кто-то из газетчиков, но помог анархисту вовсе не полицейский медик.

     Фон Нальц решительно растолкал окруживших его констеблей и приблизился к раненому. До меня донесся жгучий отголосок таланта сиятельного, а потом страшная рана зашипела и в один миг перестала кровоточить.

Раненый парень тотчас перестал биться и обмяк на руках констеблей. Так, в бесчувственном состоянии, его и занесли в Ньютон-Маркт.

     — Пресс-конференция переносится на более позднее время! — выкрикнул белый как мел адъютант главного инспектора.

     Томас Смит сразу сообразил, чем будет чревата для нас любая заминка, и потянул меня к боковому выходу.

     — Идем! Иначе застрянем здесь до вечера!

     Каким-то чудом нам удалось покинуть двор Ньютон-Маркта, прежде чем арку перекрыли подоспевшие констебли, а на улице Томас Смит сразу свернул в один из боковых проездов, где перед бакалейной лавкой его дожидалась самоходная коляска — тот самый «Форд-Т».

     — Что это было, черт возьми?! — обратился ко мне сыщик, раскочегаривая паровой котел.

— Лев, ты что-нибудь понимаешь?

     — А что тут понимать? — хмыкнул я. — Это либо анархист, либо боевик очередной подпольной ячейки социалистов. Возможно, что и христианин, но это вряд ли. Лозунги у них совсем другие.

     — Не это! — резко обернулся Смит. — Почему взорвался пистолет?!

     — Главный инспектор — сиятельный. У него крайне... зажигательный талант.