Спящий

— Какого рода обвинение вам предъявлено?

     Я решил не расстраивать его больше необходимого и махнул рукой.

     — Пока никакое. И, возможно, вообще ничего предъявлено не будет, но мне нужны гарантии.

     Если поверенный и догадался, что я попросту не хочу вводить его в курс дела, то никак этого не показал. Он спокойно убрал газету в ящик стола и уточнил:

     — Посмотрите ежемесячные отчеты?

     Я задумался, не заказать ли сюда обед из какого-нибудь окрестного ресторана, но решил дольше необходимого в конторе поверенного не задерживаться и покачал головой.

     — Нет, пожалуй. У нас ведь все в порядке?

     — В полнейшем, не извольте сомневаться. Усадьбу на Кальварии мы продали в конце прошлого месяца, выручки хватило на погашение большинства требований кредитора.

     — Кто выиграл торги?

     Поверенный принял вид оскорбленной невинности и объявил:

     — Разумеется, мы! Разве я вас когда-нибудь подводил?

     — Отличная работа, мэтр!

     — Куда доставить вывезенные из особняка вещи? Я пока арендую склад, но все самое ценное храню у себя на квартире, а это не слишком удобно.

     — Потерпите еще немного, мэтр. Мы все разберем, как только у меня появится свободное время. — Я поднялся из-за стола, посмотрел на хронометр и напомнил: — Не забудьте об адвокате. Позвоню после шести, надеюсь, к этому времени уже появится какая-то конкретика.

     — Разумеется, виконт! Займусь этим прямо сейчас!

     Я попрощался с поверенным, спустился на первый этаж и остановился на тротуаре, в нерешительности поглядывая то на арку, то на спокойный бульвар, где в полной неподвижности замерли раскидистые платаны.

     Напрямую к площади императора Климента отсюда было не проехать, если поймаю извозчика, тому придется делать крюк по запруженным транспортом дорогам.

     Это соображение и решило дело. В палатке на углу я купил стакан газированной воды без сиропа, утолил жажду и двинулся к арке. Людей на улицах было совсем немного, только спешили по своим делам представительного вида господа с портфелями и свернутыми газетами да изредка пробегали взмыленные мальчишки-посыльные.