Не наследник, которому по...

Когда я поднял голову, то увидел, что стоявший перед помостом Сигурд Торнович, не стесняясь, плачет, утирая слёзы кулаком, а Марфа Лавровна смотрит то на меня, то на него ещё более расширившимися глазами.

Стало немного неловко, но в последний раз трубно высморкавшись в платок, старший преподаватель вытер мокрые дорожки на щеках и надреснутым голосом произнёс:

- Зацепил, малец, прямо за душу взял. Ладно, теперь тебе осталось последнее испытание. Пойдём.

- И что за испытание? - спросил я, пока мы проходили в следующие ворота.

- Увидишь, - коротко ответил Сигурд, а затем буквально вытолкнул меня вперёд, в небольшой замкнутый кольцом стен дворик, в дальнем углу которого сидел самый настоящий бурый медведь.

Стоило мне оказаться там, как медведь поднялся на лапы и грозно зарычал.

- И помни, - раздался голос мужчины сзади, - испытание считается пройденным только если сможешь победить его без магии.

Но тут к нему добавился встревоженный женский:

- Дрейк, не слушай его, используй магию, это же дикий зверь!

- Используешь - и проиграешь! - вторил ей снова Сигурд.

- Не используешь, и он тебя порвёт! - вновь возразила ему Марфа, - оно не стоит того, чтобы так рисковать. Никто тебя из академии за это не выгонит!

- Ну и зачем ты это сказала? - упрекнул девушку старший препод, - это же испытание духа, а не магических способностей!

- Сигурд - ты идиот?! Нам в академии не нужны трупы.

- Нам не нужны слабаки, которые не могут заломать медведя!

- Они же дети!

- Да хоть же ребята! Слабые духом болдары нам не нужны…

Я перестал слушать их перебранку уже на втором предложении, потому что мишка, угрожающе рыча, двинулся ко мне.

Косолапый был матёрый, больше двух метров в длину, и весьма отъетый. И как без магии завалить такую тушу, я не представлял, но у меня был козырь, мой инфразвуковой амулет, который я немедленно активировал, проведя рукой по груди, где он под рубашкой скрывался.

Уже метрах в пяти от меня, медведь насторожился, всё-таки звери более восприимчивы к инфразвуку, чем люди, а в трёх и вовсе остановился, прижав уши к голове и низко пригнувшись к земле.

В рычании его слышалась уже не угроза, а страх. А когда я решительно шагнул к нему на встречу, резко возросшее давление инфраизлучения и вовсе вогнало животное в панику и, резко обосравшись, косолапый со всей возможной скоростью метнулся в свой угол, где прижался к стене.