Глупо беречь снаряды в битве с самим собою…

– Это ж надо было учуять! Ты у нас редкая зверушка! Или - ярая фанатка?

- Это не фанатизм – возразила Женька. – А утешительный приз.

- В смысле?

- Ну, как тебе объяснить? Когда тебя в десять лет сплавляют на целый месяц в южный город, где нет моря, нет друзей, зато есть пыль, жара и вонючая вода из крана, то душу греет только палка копченой колбасы, что ждет в холодильнике. Моему деду на Новый год иногда перепадали разные гастрономические ништяки. А из них лично мне доставалось это, окаменевшее за полгода, «счастье».

Колбасу почти невозможно было резать ножом, но если очень сильно постараться, то можно было отпилить прозрачный ломтик. Так что ее хватало как раз на месяц…

- Тебе там было плохо?

- Тошно. Ненастоящий дед вместе с настоящей бабкой интересовались мной еще меньше, чем родители. Не помню, чтобы кто-то водил меня в парк или на речку. Пыльный двор да книжный шкаф – вот все, что у меня было помимо любимой колбасы. Уж не знаю – из каких соображений ее мне оставляли. То ли бабка жалела вставные зубы, то ли у еврейского дедушки просыпались какие-то национальные закидоны.

В общем, детство закончилось, а пристрастие - осталось.

- Теперь все понятно. Догрызай пирожок, а я пока организую «перемену блюд».

Государь встал и направился к пакету с едой, брошенному у двери. Но в серых сумерках не заметил серого кота. Точнее, разглядел в последнюю секунду. Стараясь не наступить на внезапно возникшее препятствие, он зацепился ногой за выбоину в полу, и улетел прямиком в стоявший на пути сундук.

Непостижимым образом, умудрившись удачно отвернуть голову от кованого уголка. Зато, не хило приложившись к нему плечом. Коварный кот молнией метнулся под стол, а выпавший из рук тазик громко запрыгал по каменному полу.

- Ты цел? – испуганно спросила Женька, вскакивая с дивана.

- Почти – ответил Павел, едва удерживая рвущиеся из горла ругательства. - Только в глазах темно.

Он с трудом сел, привалившись спиной к сундуку, и зажимая рукой разбитое плечо.

- Вот же сволочь серая! – пробормотал государь.

– Я его, понимаешь ли, сметаной кормлю, а он башню минирует!

- Сразу чувствуется, что с котами ты дела не имел – хмыкнула Птица, и присела рядом с пострадавшим. – Дай, посмотрю.

- Ты зачем вскочила?

- Надо же понять – что с тобой? И мне уже лучше. Могу двигаться, видимо, укол подействовал.

- И роли поменялись – усмехнулся государь. – Не дом, а лазарет!

- Не болтай! Встать сможешь? Тогда перемещайся в кресло.