Глупо беречь снаряды в битве с самим собою…

А настоящая русская баба может убить и взглядом, и словом, и кулаком!

- Ты только не путай всплеск эмоций с приступом дури! – посоветовал император, и тут Женька набросилась на него.

Успела дернуть государя за волосы, и хорошенько пнуть его пониже спины. Но внезапно ее собственный позвоночник не выдержал столь резких движений, и решил напомнить о себе. Птица застыла со вскинутым вверх сжатым кулаком, схватившись другой рукой за поясницу.

- Шо – опять? – ахнул Павел, бережно оттаскивая драчливую ворону на диван.

Как ни странно, кот появился сразу после этого вскрика, словно материализовавшись из воздуха. Деловито оглядел постанывающую пернатую, потом перевел насмешливый взгляд на государя. Словно желая сказать: «Ну, и дураки же вы, двуногие!» Важно фыркнул в усы, и с видом заправского эскулапа улегся на больное место.

- Слушай, этот зверь, по-моему, умеет проходить сквозь стены - заметил император, с тревогой вглядываясь в светлеющее Женькино лицо.

- Или находить везде дыроч-чки, как один знаменитый воробей - хихикнула Птица.

- Тебе легче, дорогая моя?

- Гораздо легче! Даже укол уже не нужен. Но я все равно хочу тебя стукнуть!

Государь с готовностью склонил голову.

- Рази своей прекрасной дланью! Сладка мне боль от рук любимой! Многие женщины бывали в моем замке, и даже в моей постели, но только ты заглянула в мое сердце...

Вместо удара Женька приподнялась на локте и озабоченно пощупала лоб императора.

- Жара, вроде бы, нет. Но ты опять несешь какую-то высокопарную чушь. А-а, я поняла! Ах ты, венценосный пройдоха! Знаешь ведь, что я, как та фея Динь-Динь, не могу смеяться и злиться одновременно. Слишком уж я мелкая, и сразу две сильные эмоции в меня не влезают. Все, величество, ты добился своего! Мне хочется ржать, а не драться. Но громко ржать я тоже не могу, потому что спина еще побаливает.

- Прости, родная, - вздохнул Павел. – Сам не знаю, что на меня нашло.

- Напиши эти слова на большом плакате и повесь на стеночке - ядовито отозвалась Женька. – В следующие разы тебе не надо будет трудиться проговаривать их. Достаточно будет только пальчиком показать. Зря, что ли говорят: "слово - серебро, а молчание - золото"? Даже паршивые инквизиторы считали, что наказывают не тех, кто верит или не верит. Наказывают тех, кто не умеет вовремя ЗАМОЛЧАТЬ.

Бедный государь лишь вздохнул и развел руками.