История первая: "Белый Карлик" ver: 1.15.0 (FuLL)

Я видел, как в полосках лучей парила мелкая пыль.

— Ёшкин кот! — обомлела она, увидев эту безобразную пляску грязи. — Ромка! Вставай, ешь и иди гуляй! Тут надо навести чистоту! Чтоб не видела тебя до обеда!

Удрученно вздыхая, бабушка ушла обратно на кухню. Утро в деревне начиналось каждый раз с одного и того же. Я вылез из-под одеяла, свесил с кровати ноги. Потягиваясь и вспоминая, куда кинул одежду вчера вечером.

— Ну что, проснулся? — шепнул мне дедушка с печки, слегка отодвинув плотную занавеску телесного цвета.

Он высунул улыбающееся небритое лицо, в зубах тлела самокрутка. Я сонно кивнул, потянулся к штанам. Бабушка запрещала курить в доме, поэтому уже после второй затяжки грозилась выкинуть старика на улицу. Дед самозабвенно крутил папиросу в зубах, не обращая внимания на крики. Почти всегда их беспечная ругань вызывала у меня улыбку. Быстро одевшись, я примерялся, как бы незаметнее проскочить к дверям в сени.

— Белянка на сносях, не вздумай сегодня на ней кататься! — строго предупредила меня бабушка.

Она скрылась в предбаннике, где располагалась кухня.

Белянка, любимая корова, подменяла мне лошадь всё лето, но в последний месяц распёртый живот мешал бедному животному даже выйти из хлева.

— Собрался уже? Экий ты шустрый, — дед озорно подмигнул с печки, выпустив из носа клубы пряного дыма. Я кивнул, немного смутившись. Бабушка предупреждала, что корова скоро отелится, и, с одной стороны, мне было безумно интересно это действо жизни, а с другой — понимал, что после родов покататься на Белянке уже не получится.

— Что загрустил? — дед выждал паузу, глаза, подёрнувшиеся сизой пеленой старости, смеялись. — Остался без лошади?

Я медленно натягивал штаны, грустно вздохнул.

— Ничего, я её сейчас выведу, покатаешься по огороду.

Дед сделал затяжку, украдкой выпустил дым.

— Так! — бабушка прикрикнула из-за двери. — Ты опять куришь в доме, лешак тебя побери! Я же предупреждала...

Дед скрылся за занавеской. Я услышал, как он надевает телогрейку.

— Только одевайся теплее, с утра уже холодно.

Я азартно кивнул, закончив со штанами, принялся за футболку. Мысль о том, что еще разочек удастся покататься на Белянке, согревала душу.

— Дед, кому говорю, не кури в избе! — бабушка причитала с кухни, по разделочной доске без устали стучал нож. Дедушка ничего не ответил, тяжело кряхтя, слез с печи, обул галоши. Он добрёл до двери, кинул на меня заговорщический взгляд, не торопясь вышел в сени.