Хрупкий мир

Хотя вспоминая встреченного мной монстра, который, скорее всего, и есть жертва не очень удачно эксперимента, три последних варианта отпадают, потому что тот парень явно заплатил за свою поистине впечатляющую силу возможностью контролировать свое поведение.

И от этого страшнее всего.

Разве можно придумать участь хуже, чем потеря самого себя ?

Ладно. Хватит пустых рассуждений. Всё равно я уже всё решил, когда позвонил по оставленному блондином номеру. Да и в голове от свежего морозного воздуха вроде прояснилось, а сердце прекратило свою попытку побега из грудной клетки через горло.

Еще бы руки перестали дрожать как у алкоголика после месячного запоя, вообще хорошо бы было.

Стряхнув со своей одежды и рюкзака липкий, влажный снег, я зашел наконец в здание аэропорта.

***

Перелёт до северной столицы прошел совершенно спокойно, и можно даже сказать хорошо. Стоило мне только уместить себя в тесное кресло авиалайнера, как меня тут же сморил спокойный сон без каких- либо сновидений.

И проснулся я уже перед самой посадкой. Удивительного в этом ничего не было, учитывая то, что за последние три дня поспать мне удалось только часа четыре. На протяжении всего этого времени стоило мне только задремать как в голову начинала лезть какая то кровавая галиматья, из-за которой я тут же вскакивал в холодном поту.

Огромное здание питерского аэропорта встретило меня атмосферой мрачного запустения. Рассчитанное на то, чтобы ежедневно пропускать через себя десятки тысяч человек, сейчас оно практически пустовало из за отмененных в честь очередной волны пандемии международных рейсов.

Огромные полупустые залы, покинутые людьми, потухшие витрины магазинов, и гулкое эхо шагов, а на фоне в отдалении тихий рокот самолёта. Внезапно в моих глазах помутнело. Перед глазами, как живая встала картинка из недавнего кошмара.

Я иду через огромный пустой зал из белого мрамора, оставляя за собой цепочку кровавых следов. Впереди отряд рыцарей, закованных в ониксово черную, слегка поблескивающую на свету броню.

Они стоят полукругом, закрывая собой алтарь в форме золотой пирамиды у самого подножия, которого стоит на коленях прекрасная женщина в белоснежно- серебристой одежде. Она с надеждой смотрит на символ своей веры. Ее пухлые алые губы шевелятся с огромной скоростью, зачитывая речитатив молитвы.

Жрица просит свое божество о каре для наглеца посмевшего залить улицы стольного града кровью и вторгнуться в великий собор.

Глупая.