Орден геноцида-3. Предатель

Разжал левую руку, позволяя шуань-гоу соскользнуть вниз и перехватить его за рукоять, закрывая бок от удара шпагой.

Противник ударил дагой, но я чуть отклонил корпус, и её острие лишь слегка чиркнуло по боку, а я ударил заострённым основанием в левое запястье Чарторыйского.

Ещё один крик боли, кинжал выпал и зазвенел на камнях арены.

Мазовец зарычал, отскочил назад и взмахнул шпагой, с кончика которой сорвалась волна пламени.

Рубанул воздух крест-накрест, выставляя щит и отбивая заклинание.

- Ну, наконец-то, - оскалился я.

Я и правда почувствовал азарт – с магическим мечником, пусть и слабым, мне драться ещё не приходилось.

Шпагу Чарторыйского окутало пламя, и он метнулся ко мне.

Взмах, отбил клинок своим. В воздухе вспухло облако пара – я наложил на шуань-гоу ледяные чары. Ударил сам, пытаясь зацепить крюком.

Натолкнулся на магический щит, увернулся от ещё одного потока пламени.

Ледяные чары на клинках рассеялись, и я сменил их на электрические. Взмахнул одним мечом-крюком, и по камням хлестнула сорвавшаяся с острия шуань-гоу молния.

Метнулся вперёд, сдвоенный укол вперёд – мазовец выставил щит, который тут же лопнул. Удар серпом левого шуань-гоу, как кастетом – Чарторыйский заблокировал шпагой, наложил на себя усиление и отбросил меня назад…

И тут же вскрикнул, когда крюком левого меча я разорвал ему бедро.

- И это всё? – разочарованно протянул я.

Взмах вражеской шпаги, в воздухе за которой остался след из десятка смазанных полупрозрачных силуэтов клинка.

Я перекатился по камням, уклоняясь от нескольких выпущенных в меня магических снарядов. Отбил ещё пару штук мечами и выпустил через остриё правого шуань-гоу кинетическую волну.

Чарторыйский остановил её выпадом шпаги, но следом уже налетел я, обрушивая на него град ударов.

Два быстрых крест-накрест.

- И.

Укол на уровне пояса. Крюком, разрывающий - на уровне шеи.

- Это.

Два удара крюкам сверху, пинок в раненое бедро.

- Всё?!

Я наконец-то зацепил шпагу противника крюком, дёрнул её вниз и поймал в захват между серпом и основным клинком. Чуть довернул кисть, захватывая и блокируя лезвие.

И со всей силы ударил вторым шуань-гоу.

Клинок был не заточен, но это всё равно была металлическая полоса в три фунта весом. Руку врагу я не отрубил, но сломал.

Чарторыйский взвыл, выпустил шпагу и тут же получил основанием - чуть ниже левой ключицы.