Орден геноцида-3. Предатель

Но на третий день он воскрес и перебил всех врагов! Уважаю! Так даже Амадиоха не может!» Амадиоха – это, если что, местный бог грома и войны. А вы – винтовка Дрейзе со скользящим затвором… Но на вопрос всё же отвечу, потому что вопросы – это первый шаг на пути к истине. Кем был Первый Спаситель и когда он жил – доподлинно никому неизвестно. Мы лишь знаем, что он был, потому как его образ существует во всех верованиях, что нам известны. Чаще всего его называют Тем, кто возжёг первое пламя и разогнал мрак долгой ночи, что опустилась на мир после окончания войны Древних.

- А вы будете учить нас святой магии?

- Только тех, кто пойдёт по моей дисциплине дальше и выберет для изучения Защиту от тёмных сил. Там я расскажу о демонах и как им противостоять, в том числе при помощи экзорцизма. Однако продвинутой святой магии там всё равно не будет – слишком уж специфическая область. Способности к ней – врождённые и встречаются даже реже, чем способности к обычной магии, а всё остальное изучается путём длительных тренировок, медитаций и молитв.

Не думаю, что вам это будет интересно.

- А правда, что на потоке В учится самая настоящая святая?

- Мария Эглитис? – священник едва заметно поморщился. – Ливония, насколько помню… Нет, народная молва – это одно, а официально дарованный Церковью статус – это совсем другое. Возможно, это прозвучит неприятно, но выдающиеся способности к целительству не делают человека святым – для этого требуется совершить документально подтверждённое чудо.

Священный Демавенд весьма щепетилен в этом вопросе последние века и после эпохи Великих Ересей подобными званиями направо и налево не разбрасывается. Мы же не дикари какие-нибудь, чтобы при виде радиоприёмника или демонстрации магии падать ниц и вопить о снизошедших на землю богах. «Верую, ибо абсурдно» - это работало в Средние Века. И, возможно, никакой другой основополагающий тезис тогда бы вообще не работал. Однако сейчас Церковь Вечного огня придерживается тезиса «верую, ибо знаю», потому как отдалилась от мирских дел и сосредоточилась на познании.

- Насколько я помню Авесту, Бог – есть нечто бесконечное, - иронично вставила Анна. – В том числе и бесконечно непознаваемое. Как же вы пытаетесь объять необъятное?

- Справедливое замечание, - кивнул брат Павел. – Два балла, Югай. Отвечая на этот вопрос – Бога мы познать и не пытаемся. Мы пытаемся познать себя и нашего главного Врага в лице Той Стороны.