Эхо шторма. Обитель отверженных магов

Что она сделала?

Ты имела в виду, что ты сделала снова?

Сердце забилось сильнее:

— Пожалуйста, объясните! Я, правда, ничего не помню! Только то, что был дым, и еще… громкий звук. Если бы я помнила, я бы сказала!

— Так же, как вы сказали о конфликте с Германо? — в лице Древлева была неприкрытая неприязнь. — Так же, как применяете способности эспера без разрешения?

Он, да и остальные тоже, смотрели на Аю так, словно она какой-то выродок. Думали, это она виновата? Она что-то сделала? Ая боялась заглянуть в глаза Ретриво, боялась, что он скажет об этом учителю.

Но ведь… Иван мог уже знать. Поэтому его здесь не было? Поэтому ее не защищал? Тоже считал, что она — виновата.

Ая улыбнулась в беспомощности. Она совсем не боялась за свою жизнь: пусть держат взаперти, без еды, новостей, говорят гадости… но только не рассказывают учителю, что она что-то сделала!

Если он выкинет Аю… она не знала, что с ней будет. Что вообще тогда будет. У нее ничего не было, только их связь, и сейчас Ая очень надеялась, что ее себе не придумала.

Взывала к учителю, старалась найти: хоть бы тут, в министерстве! Услышал волшебным образом и постарался прийти…

— С молодыми эсперами явно проблемы, — протянул инспектор.

— Но все целы, — оптимистично вставил Ретриво.

Ая подняла глаза — это был ответ. Для нее. «Курсанты целы». Что-то, державшее все это время, отпустило, легкие сами собой задышали.

— Почти, — ухмыльнулся инспектор. — Такие обстоятельства мало радуют, задание сорвано…

— Главное, мы не понесли невосполнимых потерь, — оборвал председатель.

— Эсперы это ценные кадры, не будем забывать.

— Конечно.

— Но учитывая увиденное… — Древлев повернулся к Ретриво и блондинке рядом. — Вы не считаете, что это порочит ваш род?

Сержант неловко улыбнулся:

— Мы все же здесь не чтецы, чтобы говорить о роде…

— Сержант, мы сейчас не обсуждаем природу эсперов.

— Кхм-кхм, вы правы, прошу меня извинить.

— Офицер, как вы считаете, отразится ли на сотрудниках, подобных вам, такой инцидент?

Это было обращено к молодой женщине, о которой Ая успела забыть.

Все это время блондинка сидела тихо и только сейчас повернула лицо. Не старше Ретриво, красива. Наверное, таких называли изысканными. Кудри спадали на плечи, губы нежного оттенка, яркие синие глаза. На плече проглядывалась гарпия, только в эмблеме УКЭ. Тоже эспер.

Когда взгляд офицерки пересекся с Аей, лицо женщины стало жестким. Она посмотрела на председателя:

— Безусловно, на нас это отразится. Мы слишком многое пережили.