Эра городов.

Мне же оставалось броситься наперерез, чтобы товарищ смог продолжать сыпать заклинания на голову врагов и я успел это сделать. В рывке я схватил противника за воротник толстовки, отчего мы вдвоём покатились кубарем по полу. Едва увидев блеск стали в ладонях противника, я успел схватить руку, сжимающую нож, навалившись на неё всем весом и кое-как двинул лбом в переносицу. Мы завозились в борьбе на полу. Он всё пытался высвободить руку для удара, но у него это не получалось, я оказался к своему счастью, тяжелее.

Апостол, видя моё положение, выкрикнул ругательство и уже собирался бросить затею разбить их защиту и начать помогать мне, но последний шип смог пробить и только после кинулся мне на выручку.

- Каждый электрик в своей жизни был проводником, - выдал маг и засунул руку в щиток, другую выставил на стоявших неподалёку растерявшихся ребят, которые видимо не ожидали, что их магический щит рухнет, похоже на него вся ставка и делалась.

Запахло озоном, раздался треск разрядов и подвал ослепила нестерпимая вспышка, сравнимая, возможно, с дуговой сваркой.

Она так же резко исчезла, как и появилась. Из двоих, только один каким-то чудом уцелел. Он лежал у стены и от него поднимался лёгкий дымок, он тряс головой пытаясь прийти в себя. Другой валялся рядом с ним куском обугленной плоти и не подавал никаких признаков жизни.

Моя борьба резко прекратилась. Апостол оказался рядом и ударом ноги отправил моего оппонента в нокаут.

Затем помог подняться мне.

- Василий Петрович, кажется нам лучше уйти отсюда и чем быстрее, тем лучше, - сказал он и резко умолк, мы услышали писк. Писк десятков а может и сотен крыс.

- Действительно, - согласился он с ним, – а ты, как я посмотрю, тоже что-то можешь?

- Не без этого, - усмехнулся Апостол – и не только это.

Писк усиливался, достигнув своего апогея и из дальнего поворота что уводил в другое крыло, в нашу сторону ринулась серая волна, освещаемая мерцающим светом ламп дневного света.

- Ох, мать вашу!

Мы рванули из подвала, напоследок Василий Петрович устроил там электрозавесу из взорвавшихся на их пути ламп, сплошной стеной электрических разрядов перегородив дорогу живой лавине, давая нам небольшую фору. Под возмущённые и яростные писки мы стрелой вылетели на первый этаж, не имея желания обернуться назад, тем самым сбив темп. Позади с новой силой возобновился звук этой ужасающей погони.