Эра городов.

Где-то с боку, на самой периферии зрения, мелькнула тень, заставив меня дёрнуться и проследить за ней пучком фонарного света. Она казалась почти серой и расплывчатой посреди густой тьмы, но никого осязаемого обнаружить не удалось. Бармен тоже провёл в ту сторону взглядом: значит не показалось. После этой паузы мы неуверенно двинулись дальше. Недалеко из-за угла послышался тихий, неразборчивый шёпот, но луч фонаря высветил лишь обрывки свисающих цепей и пустое пространство. От этого по спине предательски побежали мурашки.

Где-то в глубине звякнула цепь. Я поудобней обхватил ломик, что добавило немного уверенности. Наши шаги стали разноситься с большим эхом в пространстве. Вдруг впереди, в паре метров мелькнула тень, похожая на высокого человека, это уже не могло показаться.

- Ох, ё! – я только это и смог выдать, Саня меня в этом поддержал полностью, выдав что-то матерное. - А может, ну его?

- Нет, это нужно сделать и забрать как можно быстрее, пока за этим не пришли другие, - проверив что-то в своём кармане, он кивнул и мы зашагали дальше.

Чем глубже мы проходили, тем хуже становилось. От окружающего пространства становилось дурно, возникало желание выбежать на улицу и вдохнуть свежий воздух полной грудью. Цепи медленно начинали раскачиваться из стороны в сторону. В начале плавно, но потом всё заметнее и заметнее. Мерный железный лязг давил на нервы, но отступать уже было глупо. От стен в некоторых местах начинал исходить жар, где-то в глубине послышался плач. Сквозь вереницу раскачивающихся цепей мы увидели высокого человека, что стоял и молча смотрел на нас, жутко улыбаясь, почти что по-лягушачьи широким ртом.

После чего он испарился так же резко, как и появился.

Цех начинал казаться бесконечно длинным, создавалось впечатление, что внутри он был намного больше нежели снаружи, хотя видимо так оно и было. Я уже ничему не удивлюсь, даже тому, что скорей всего вернусь домой седым, если вообще вернусь. Тени мелькали всё чаще. От выложенного кирпичами фундамента местами веяло просто нестерпимым жаром и в каждой трещине, будь то в полу или в стене, наливались багровым сиянием угли.

Или не угли, проверять не хотелось. Прям преддверие ада. Пару раз по спине пробегали холодные касания, которые заставляли чуть ли не подпрыгивать на месте, но рядом никого уже не было. Голоса раздавались отовсюду: это были тихие стоны, плач, и невнятное бормотание. Они сливались в одно сплошное гудение, от которого хотелось поддаться панике и убежать.