Солдат Джим Тоу

Но когда обучить надо нас, молодняк с девственно чистым разумом бездельников, оказывается, что половина знаний не встраивается вообще, а вторая половина встает настолько криво, что, например, мысли о бабушкиных пирожках вызывают в памяти боевой наступательный протокол на позиции чадорцев. Чадорцы – это такие разумные полунасекомые. Результат тарганской генной инженерии. Мерзкие воинствующие твари. Знания в целом в голове остаются. Но где ты их будешь искать? Как узнать, когда и при какой мысли они всплывут?

Проблему эту решили выстраиванием совершенно новых нейронных связей в моделируемую своеобразную библиотеку.

Она так и называется «Ментальная библиотека». Субъект понятия не имеет о том, что знает, потому что встроенные нейронные цепи никак не контактируют с собственными и ассоциативных связей нет. Чтобы память заработала, нужно эти связи правильно построить. И поэтому процесс обучения превращается в практические занятия, демонстрирующие рекрутам, студентам и другим обучаемым, знания, которые они уже на самом деле давно имеют.

Это объяснил нам сержант Хайволл самым простым языком. Он же и поведал, почему мне стало так сложно в абитурке ИАНИ учиться. Потому что информации пытались грузить много, а она правильно никак не вставала, нейронные связи не выстраивались в нужные ассоциативные ряды и навык не прививался. Но почему по той же схеме встраиваемые военные навыки легли, как надо, я так и не понял. Мозги у меня, что ли, такие солдафонские? Или просто алгоритм загрузки военных знаний лучше отработан? Да я даже сейчас через много лет иногда ловлю себя на том, что начинаю сыпать научной терминологией, словно всю жизнь этим занимался.

В принципе, есть даже потенциальная возможность манипулировать нейронными связями так, чтобы увеличивать и уменьшать интеллект студента. Можно материал нейронов корректировать, изменять проводимость и «липкость». На биомашинах работает. Но на живых людях эта тема пока не нашла практического применения. Когнитивные функции намного более сложно устроены, чем функции памяти.

Создавать их с нуля научились давно, а вот вмешиваться в уже существующие без потерь для личности получается пока только на бумаге. Поэтому только биомашины и интеллектуальные компьютеры, где личности нет вообще. Точнее, она есть, но запрограммированная, что не одно и то же.

Хоть процесс обучения и отработан, как надо, но не все рекруты смогли его принять. Предсказания капитана Перроу осуществлялись прямо на глазах.