Тайна шести подков

Дедушка спросил ее: «Что тебе сказал этот Натаниэль Доу?» – но Летти так и не ответила.

Это было ее, сокровенное, и она не могла поделиться этим даже с дедушкой. Да и, если задуматься, то ассистент доктора Коллинза не сказал Летти чего-то такого уж важного, но его слова помогли ей лучше, чем лекарства.

«Сейчас вам кажется, что жизнь закончена, мисс, но это не так. То, что с вами случилось, ужасно, но вы должны быть сильной, мисс. Не ради себя – ради вашего дедушки. Попытайтесь представить, что это все игра. Что вы просто играете в «слепого кота».

Я знаю, что у вас выйдет, мисс. Вы храбрая. Вы всем докажете, что ни проклятые очки, ни эти злыдни вас не победили. Если вам станет больно и грустно, напишите мне, и я отвечу. Я помогу вам…»

И она ему поверила. От этого молодого джентльмена исходила такая уверенность, что не поддаться ей было невозможно.

И она начала играть… она стала «слепым котом».

Временами было очень тяжело притворяться, но в моменты, когда хотелось просто рухнуть на пол и начать вопить от отчаяния, Летти напоминала себе слова Натаниэля Доу: «Вы должны быть сильной, мисс…»

И мисс странным образом находила в себе силы.

А еще она писала Натаниэлю Доу. Прошел месяц, и она, с помощью Мартина написала ему уже три письма.

Вот только пока что он ей не ответил. Она не винила его – новости за столь короткое время сгустились, словно чернила, которыми они были отпечатаны на страницах «Сплетни».

Война началась. Весь последний месяц далеко на севере шли ожесточенные бои, и с фронта приходили сплошь неутешительные вести: враг отдавливал габенские войска, и те терпели существенные потери и отступали.

Гнетущее напряжение охватило весь город. Из Габена отходили все новые эшелоны с солдатами, артиллерией и боевыми механоидами. Над городом подняли аэростаты заграждения, поговаривали, что вскоре начнутся бомбардировки.

Летти со страхом слушала новости с фронта, которые читал ей Мартин, опасаясь услышать в списках погибших имя Натаниэля Доу. VII парострелковая дивизия сражалась на передовой, но молодой ассистент доктора Коллинза в газеты пока не попадал.

Летти надеялась и верила, что он вернется. А пока училась жить в кромешной темноте.

Дедушка, как мог, пытался ей помогать, но сейчас он был невероятно занят – Паровозное ведомство перешло на военное положение. Впрочем, одну Летти не оставляли.

И кто бы мог подумать, но под свою опеку ее взял лично… Бом-Бомунд. Вокзальный констебль, очевидно, ощущал свою вину в том, что произошло.