Златоустов. Том 1. Особенный наследник

Официально нас нет, мы погибли два года назад вместе с отцом. У него возникли разногласия с архонтом, он хотел уйти из клана, но из клана Красного быка можно уйти только одним способом – в деревянной тоге, – девушка вздохнула. – Так и получилось.

– Архонт убил одного из своих князей? – удивился я. – У вас так все вопросы решаются? А почему нельзя выйти из клана? Насколько мне известно, в моём клане препятствий для этого нет. У вас иначе?

– Везде разные порядки. Из каких-то кланов можно выйти, из каких-то – нет.

– У нас всех, кто бежит из клана, находят и убивают, – добавил Архип.

– Жестоко, – заметил я.

– Я про то и говорю, – продолжала Настя. – Внутри нашего клана... нашего бывшего клана царят армейские порядки и жесточайшая диктатура. И неважно, нравится ли тебе или нет то, что творит верхушка, или нет– ты обязан безоговорочно подчиняться. Иначе тебя убьют.

– Лично я вообще ненавижу всю эту военную хрень. Нас с детства отдали в военную гимназию. У Птолемеев все гимназии, мать их, военные! – снова вставил слово Архип.

– А ещё под Птолемеями ходят самые отбитые банды во всём Византие.

– Работорговля, наркоторговля, торговля оружием... в Южной астиномии этого полно, – сказала Настя.

– Значит, ваш отец в чём-то был не согласен с архонтом, и его убили, – вернулся я к изначальной теме.

– Его самого, его жену и двух сыновей, – сказала Настя. – Он противился порядкам, которые царят внутри клана, выступал против поддержки бандформирований, в том числе «Ахейского союза». Не знаю, правда или нет, но я слышала, он даже обратился к басилевсу и попросил защиты.

Отец содержал пансион для особенных детей из простонародья, оставшихся без родителей. Туда по указке Птолемеев пришли бандиты и устроили бойню. Я обучала детей фибральным искусствам. Я была в тот день в школе... – Настя запнулась. Чувствовалось, что ей тяжело говорить об этом. – Мне удалось вывести восемь детишек. Всего восемь и пятидесяти. Теперь мы и наша матушка скрываемся под другими фамилиями.

Она замолчала и с ненавистью уставилась в стену.

– Каким же зверьём надо быть, чтобы убивать детей? – удивился я. – Это сделали Птолемени? И причём тут Паук?

– Нет, сами они такими делами руки не марают, – покачала головой Настя. – Для грязной работы всегда находятся люди низшего сорта такие, как Паук. Паук был одним из тех, кто пришёл в тот день в пансион. Но были и другие. Я поклялась, что убью их всех.

Все эмоции Насти были написаны на её лице. Мне казалось, что она говорит искренне.