Златоустов. Том 1. Особенный наследник

Подъехали к следующему светофору. Красный загорелся прямо перед нами, но Колибри вдавила газ, и фургон проскочил перекрёсток.

– Приготовились! – скомандовала она. – На следующем перекрёстке берём его.

Очередной светофор преградил путь потоку машин. Купе Паука остановилось. Встречная полоса была свободной. Колибри, крутанув баранку, вдавила газ, и фургон вылетел из ряда машин и резко затормозил возле Ауры Аполло. Мы с Корнем уже держали в руках оружие.

– Пошли! – Колибри натянула на нос шейный платок, выхватила из-за пояса пистолет и выскочила из фургона.

Я надел кепи и тоже закрыл лицо платком. Отодвинул дверь и выскочил первым, Корень последовал за мной.

За рулём купе сидел тот самый тип, который стрелял мне в голову. Сейчас он был в фиолетовой рубашке с коротким рукавом и солнцезащитных очках.

– Выходи из машины! – Колибри, наставив ствол на Паука и, не дожидаясь ответа, открыла дверь и схватила его за шиворот. – Руки! Подними руки!

Да это был тот самый Паук. Я поймал себя на мысли, что по его лицу сложно определить возраст: кожа очень гладкая, но складывалось ощущение, что передо мной человек в годах.

По словам Колибри, ему было сорок пять лет, но не знай я этого, решил бы, что меньше. Бросилось в глаза обилие серебра: шейная цепочка под расстёгнутым воротом, перстни на пальцах, часы.

Паук улыбался, держа руки поднятыми. Ему как будто было смешно от всего происходящего. Он казался совершенно не злым и располагал к себе буквально с первого взгляда.

Я готов был поклясться, что передо мной вовсе не главарь бандитов, а детский доктор. Паук оказывал какое-то гипнотическое воздействие.

– Э, ребят, поаккуратнее, – проговорил он. – Вам что надо?

В это время впередистоящая машина, не дожидаясь зелёного сигнала светофора, рванула с места. Её примеру последовали и остальные. Испуганные горожане пытались убраться подальше от возможных неприятностей.

– Ошейник! – крикнула Колибри.

У нас было два обруча-нейтрализатора: один у меня за поясом, второй – у Корня.

Корень потянулся за ошейником. Я же держал в обеих руках автомат. Мы стояли метрах в трёх-четырёх, держа под прицелом Паука.

Руку Колибри, в которой она держала пистолет, внезапно отвело в сторону. Моё фибральное зрение показало, что от пальцев Паука к девушке тянутся нити. А между ним и нами с Корнем появилась странная сеть. Там где она образовалась, воздух стал плотным и густым, словно матовое стекло.