Камень, книга 2

Надеюсь, не арабские террористы? Но чуйка на неприятности молчит, хотя, чем ближе, тем более знакомой становится суетящаяся фигура. Так и есть, Борис. Только пусть не говорит мне, что это случайно, я точно упоминал при встрече, когда у нас вылет.

И какой-то Борис взъерошенный, жары нет, а лицо красное. На сходе с ленты Жозефина сидит, ну, мы с Машей её не задели, аккуратно сошли, я Борису скомандовал, подняли мулатку, поставили, а у неё левая нога опять подгибается. Ауру не видно, слишком светло, но подозреваю, это опухоль даёт о себе знать.

Борис растерялся, служащих нет никого поблизости.

– Тащим в самолет! – командую. – И скажите ей, пусть притворяется, что ногу подвернула. И туфлю с левой ноги снимите, правдоподобней будет.

Маша с Борисом лопочут что-то, Жозефина отвечает. Ага, речь сохранила, это хорошо.

Самолёт, кажется, наш, Уральских авиалиний. Это уже отлично. Своей стюардессе впарим что нужно, а если местные попадутся?

– Боря, – эх, командовать, так командовать! – если встретятся нерусские, обязательно произноси фразу: «всё в порядке, девушка немного ногу подвернула», только на своём еврейском, понял?

А Боря и сказать в ответ ничего не может, стресс у него, понимаете ли.

Но кивнул, надеюсь, понял меня.

Не зря предупредил, перед нужным ответвлением стоят две девицы, одна в военной форме и с автоматом, вторая талоны отбирает. Метров с пяти дотянулся, пережал нужные узлы, хотел Борю в бок толкнуть, а он сам что-то валькириям сказал, ну, а я, значит, попытался обеспечить, чтобы они этому поверили.

Маша тоже немного помогла, с Жозефиной заговорила вовремя, в общем, прошли.

Ну, с нашей стюардессой проблемы нет, ей уже сам внушил, что всё у нас хорошо.

В бизнес-классе мы пока единственные, хорошо бы и дальше так. Только стюардесса вышла, налетела Маша с вопросами.

– Стоп-стоп-стоп! – даже ладони выставил. – Быстрее будет, если сам скажу. Жозефина нездорова, едет лечиться, что они полетят вместе с нами, не имел понятия. Если узнают, что она больна, запретят лететь, и лечение не состоится.

Она, кстати, про свою болезнь не знает. Всё. Как взлетим, погружу её в сон до Питера, а там вызовем транспорт для инвалидов. А пока ни слова об этом.

Повернулся к Борису, а он сидит для меня неудобно, пришлось встать, подойти к нему. Действительно, надо успокоить, как бы его инфаркт не двинул.

– Борис, - велел – смотри на меня.

Тот повернулся, я руки ему на плечи положил, возбуждение снимаю.