Камень, книга 2

А ты куда садился?

– В Новосибирск…

– Ну мужик, ты и попал! Один вариант, тебе в Нижневартовске соскочить и как-то оттуда выбираться, а то у нас аэродром военный, а вахтовки раз в три месяца принимают. Давай по чуть-чуть!

Я так опешил, что выпил.

– Слушай, а где они, острова эти?

– А хрен их знает. Там лёд кругом, вроде, море какое-то. Но платят нормально. Одет ты легкомысленно, но в шахте тепло, да и на улице уже к весне идёт, полярная ночь кончается. А может ты шпион?

– Какой на фиг шпион? Мне в Новосибирск нужно! Меня с утра ждут!

– А то, шахта у нас секретная, если шпион спросит, велено отвечать что мы биологи, изучаем там что-то красное.

– Какое выпить, мне пересаживаться надо!

– Ну тогда я к своим пойду! – сосед встал и ушёл куда-то вперёд. А у меня забота появилась.

«Пьер, слышишь меня?»

«Да, командир, весь внимание!»

«Пьер, я не на тот самолёт сел! Мы летим в Нижневартовск, а оттуда на север, к Новосибирским островам.

«Щас, командир. Погоди, погоди… Вот, завтра три рейса на Москву, один на Новосибирск и один на Питер. Только ты не успеваешь никуда, ваш позже приходит. Завтра тоже есть Новосибирск, так что переночуешь там как-нибудь. Ты прости, моя вина, я же только расписание глянул, а у них было набрано «Новосиб. о-ва», я решил, что какие-то общества фрахтовали».

«Ладно, чёрт с ним. Буду спать».

Уснул сразу.

Не знаю, сколько проспал, а снится мне как будто что-то не так, не нужно дальше лететь. Проснулся, не пойму, то ли чуйка моя работает, то ли осознал, что Нижневартовск – это не моё. Тут вдруг что-то снаружи как хряснет, позади меня даже бутылку уронили.

«Пьер – снова тереблю бесплотного духа – что-то с нами происходит. Послушай пилотов, что там говорят?»

Двигатели звучат ровно, огня не видно, птица, наверно. Хотя, какая птица на такой высоте? Сосед к своим ушёл, обсудить удар не с кем.

«Командир, пилоты говорят, что вы наскочили на аэростат, видимых повреждений нет, все системы работают нормально. Но пилот запросил запасной аэродром, на всякий случай».

А чуйка моя прямо кричит о неприятностях.

«Пьер, ты следи за всем внимательно, у меня нехорошее предчувствие».

Народ в салоне подуспокоился, тем более, стюардесса вышла, объяснила про аэростат. И то, двигатели гудят, перебоев нет.