Покров-2. Багряница

И чего эти Колины знакомые хранители древностей не объяснят ему, что не стоит туда влезать? Наука, как же.

– Эй.

Василиса обернулась, и Гаврил тут же сунул ей в одну руку стаканчик, в другую – горячую пышку в салфетке.

– Наконец-то догнал, – бормотал Гаврил, перехватывая второй стакан и ещё одну пышку. – Ну у тебя и скорость, так и не скажешь, что нога… э…

– Да ладно, чего там. – В другое время Василиса бы нашла, что ответить, но сейчас на колкости не осталось сил. Она кивнула на булочку и чай: – А это откуда?

– Из монастырской трапезной.

Повезло, очереди почти совсем не было.

– Спасибо. – Василиса отпила чаю. Тот оказался необычным – мягким, с ароматом трав. – Что-то знакомое.

– Это иван-чай со смородиной. Монахи сами собирают. Мы его у них для кафе заказываем.

– Здо́рово, – похвалила Василиса, откусывая пышку. Хрустящая корочка, посыпанная сахарной пудрой и воздушная мякотка. – А они знают толк в выпечке.

– Это да, – улыбнулся Гаврил. – Секретами, правда, не делятся.

Оно, конечно, правильно.

– А ты почему с ребятами не пошёл?

– Мало мне в Покрове музеев, – пробормотал Гаврил, жуя булочку. – Я вообще против этой вашей затеи с Багряницей.

– Это не моя затея. Я тоже против. – Василисина булочка закончилась, и она выбросила салфетку в урну.

– Тогда зачем ты вписалась?

А вот это был хороший вопрос. Василиса не знала на него ответа.

– Не пускать же их одних. – Других вариантов в голову не приходило.

– И насчёт печей…

– А вот насчёт печей – это уж моё дело! – Вот и силы на колкости появились.

Определённо, монастырский чай и выпечка заряжают энергией.

– Как знаешь, – вяло пожал плечами Гаврил.

Дальше они потихоньку шли молча. Солнце играло множеством бликов на поверхности местного «моря», по которому скользили небольшие прогулочные катера и яхты с разноцветными парусами.

– А откуда твоя бабушка знает мою маму? – спросил Гаврил, глядя вдаль.

– Она преподавала в педучилище. – Василисе всё-таки трудновато приходилось – всё время кто-то норовил её задеть.

А без костыля, да с больной ногой шустро вертеться трудно.

– И этого Эдуарда, значит, помнит?

– Конечно, помнит, – пожала плечами Василиса. – А что?

– Да ничего. – Гаврил продолжал смотреть вдаль.

И тут до Василисы дошло. Покров – это же деревня, где все всё про всех знают, а чего не знают, додумывают. И если уж даже Василиса в курсе этой старинной любовной истории, то остальные и подавно.