Охота на древнего. Паутина

А ты не спала, да и толком не отдыхала уже черт знает сколько! Расскажи!

Алекс рухнула обратно на подушку и отвернулась, уткнувшись носом в спинку дивана.

– Нет. Ложись спать, Джек.

– Опять нет! – прорычал Солье. – Сколько можно?!

Сжав плечо Алекс, он одним рывком заставил ее приподняться и повернуться к нему лицом. Глаза некроведьмы полыхнули во тьме комнаты таким знакомым по десяткам встреч в морге синим предупреждающим огнем. Она вцепилась в крепкую руку детектива, ногтями впиваясь в кожу.

Джек зашипел, но не выпустил девушку, продолжая одновременно нависать и удерживать.

– Отпусти, – прошипела Алекс.

Будь на ее месте кто-то другой, да и будь сам Джек Солье кем-то иным, он бы отпрянул в ужасе. Но это была Алекс, его Алекс. Та единственная, сумевшая одним своим редким и хмурым присутствием в его жизни заставить детектива вновь дышать. Не сразу, но день за днем, дело за делом, он забывал то отчаяние, с которым хотел когда-то умереть. Ту боль, с которой мирился и уживался час за часом, секунда за секундой.

Но дело было даже не в том ужасе и отчаянии, что плескались на дне ее глаз. И не в страхе перед будущим, что ожидало их впереди, дело было в самом Джеке. Он застыл, готовый отпрянуть от нее, но удержался от этого жеста, сразу сообразив, что это станет самой большой ошибкой в его пусть и короткой, но реальной жизни.

Склонившись ближе, Джек коснулся ее лица. Сначала осторожно, лишь кончиками подрагивающих от напряжения пальцев, затем смелее, полностью накрывая щеку своей горячей ладонью.

В обрамлении его грубых пальцев бледное лицо Алекс показалось таким нежным. Несмотря на удивление и погасший смертельный огонь, из ее взгляда не исчез страх. Он лишь усилился, как и отчаяние, перемешанное с мольбой.

Кинг, словно загипнотизированная его голосом, прижала свои пальцы к его, накрыв мужскую ладонь своей.

– Алекс… – выдохнул Джек, подавшись вперед и желая впиться в ее губы.

Но девушка дернулась, будто спохватившись и в последний момент уворачиваясь, а потому Джеку удалось только мазнуть губами по щеке.

– Нет, Джек, – все так же твердо прошептала она.

– Почему?! – он готов был рвать и метать. Страсть, наполнявшая его до краев, требовала не просто выхода. Она требовала Алекс.

– Потому что я ведьма, Джек! – Кажется, она даже всхлипнула, еще сильнее впиваясь в его руку пальцами, оставляя неглубокие ранки от ногтей.