Тайна Безмолвного Леса. Помагифлексим?

И почему-то запереживал о том, чтобы эта Соверейн не услышала то же, что и он. На его счастье, по-видимому, старушка оказалась глуховатой.

— А ещё это враг бородавок и морщин. И при обработке клещевины, из которой её получают, можно выделить «жмых». Ну, а там есть рицин, а это яд.

— Ну, хотя бы то, что я говорю на уроках, вы помните, — голос Соверейн смягчился. — Зачем вам нужна была касторка, Читерн?

— Вы… ну… вы понимаете, это… ну… что-то вроде научного эксперимента.

— Эксперименты проводятся в лаборатории, а не на кладбище.

Марш в школу быстро! И придётся вам заглянуть к директору. Не думаю, что ваши родители-люди обрадуются, узнав о том, что их сын так безответственно обращается с магией.

Госпожа Соверейн ещё долго о чём-то причитала, но голос её понемногу стихал: они удалялись от кладбища. Когда всё смолкло из кустов, ломая ветки и шурша листьями, выкатился второй парень, усиленно потирая лоб. Видимо, стукнулся обо что-то, когда Эстебан толкнул его в засаду. Он огляделся, тяжело вздохнул и присел на трухлявый пень поблизости.

Достал сигариллу, чиркнул пару раз спичкой, поджигая её. Лёгкий дымок заструился вверх. Оскар решил покинуть своё укрытие: у него уже порядком затекли ноги от сидения на корточках.

Блондин сразу же, заметив вампира, выронил своё курево и принялся шарить по карманам, засовывая обратно портсигар и пачку спичек. Оскар глухо рассмеялся, положив руку тому на плечо.

— Не боись, парень, кури, сколько влезет.

Он резко выдохнул и зажёг новую сигариллу.

— Только, надеюсь, вы, господин вампир, не расскажете моему батюшке.

Не только про курение, но и… про то, что я вообще тут был.

— А, ты тот самый парень, которого держит под замком лорд Тамиллиан Крейвен.

Парень молча кивнул и протянул ладонь для рукопожатия.

— Натан. Ты Оскар, верно?

Оскар удивился.

— Ха, я что, такой популярный?

— Нет, просто у меня есть связи. Тебя знают некоторые, кого знаю я.

«Говорит загадками. Чудной парнишка».

— Честно говоря, мне уже надоело быть пешкой в его руках.

Он ведёт себя так, будто я его собственность. А я этих Крейвенов знать не хочу. Столько крови проливал наш род. А позором семьи считают меня.

— Несправедливо, — согласился Оскар.

— Они никуда меня не выпускали. Вообще. Я даже в школу не ходил, все гувернёры приходили домой. Никакого общения. И ни братьев, ни сестёр.

— А этот… Эстебан – твой друг?

Натан снова кивнул.

— Да, мы познакомились с ним во время одного моего бунтарского побега из дома два года назад.