Убежище Я

– Ты в Гринпис пожалуйся, – Кощей встал, думая, не запустить ли еще одним зарядом, но Кота не было видно. – Иди, Маша, проверь наш госпиталь.

Маша убежала.

Яга и Волк смотрели на этот цирк безучастно. Волк думал, что ему вряд ли представится еще один такой удобный случай сожрать кота. А Яга думала о том, что никто не властен над судьбой, даже они – древние.

– Оставь его, мы только инструменты, давно пора понять, – ни к кому не обращаясь, сказала Яга.

– Умеешь ты обнадежить, – Кощей уселся на место.

– Чаю вон попей, – ведьма махнула головой в сторону давно остывшего самовара, все так же погруженная в свои мысли. Думала она о том, что спасенная девушка теперь вновь переменится. К ее Дару материнской любви прибавится след Дара Оксаны, которая явно перестаралась. И как только она уложит тот хаос, который в ней поселился, кем она станет непонятно. Основа ее Дара – альтруизм, основа Оксанкиного дара – потребление. Одна любовь отдает, другая потребляет…

– Я подумаю, непростая конфигурация, конечно, – вслух ответил на ее мысли Кощей, – но идея хорошая…

Кот выглянул из высокой травы, проверяя обстановку, и увидел готовящегося к прыжку Волка:

– Даже не думай! Я исчезающий вид! – и одним махом оказался на руках у Яги.

Тем временем Хозяйка очнулась в незнакомом деревенском доме. В доме жила тихая женская любовь, ей было хорошо и спокойно тут. Трудно было представить другое место, более подходившее сейчас для нее. Рядом на полу заботливо укрытая лоскутным одеяльцем лежала лысая девушка со сказочно красивым, но изможденным лицом, она была совершенно обессилена, нежные лепестки губ были обветрены тяжелым дыханием.

Хозяйка встала с большого сундука, куда ее уложили, и, держась за печь, пошла в сторону маленькой кухоньки, взяла чашечку воды, кинула туда мяты из висящего здесь же пучка, нашла чистое полотенце и, с трудом вернувшись, уселась рядом со странной красавицей. Смочила губы, обтерла лицо и голову – густые ресницы девушки дрогнули, отзываясь на заботу. Было что-то в девушке притягательное, родное. Ее внутренняя пустота откликалась в Хозяйке болью. Безотчетно закрыв глаза, она продолжала обтирать девушку и увидела в темноте маленький, едва трепещущий, теплый огонек. Она попыталась его поддержать своими силами, он, и правда, окреп, но тут ее силы кончились, и она выпала из видения. Хозяйка упала на пол, кружка с мятной водой покатилась, разливая свое благоуханное содержимое по полу.