Ледяная цитадель

Пусть даже и технического. Нет, серебро у нас подороже золота ценится. Так уж исторически сложилось. А сорок тысяч золотом — это очень, очень большие деньги.

— Самый прикол в том, — склонился ко мне Федор, — что ничего ни у кого воровать не придется.

— Если не придется, тогда можем на тридцать тысяч смело рассчитывать, — прикинул я. — Десять мне, двадцать тебе. Устраивает?

— А куда деваться? — скривился Ямин, прекрасно понимая, что торговаться в этой ситуации не имеет никакого смысла.

— Рассказывай. — Я допил остывший чай и посмотрел на часы. Пора выдвигаться.

— Реле в одном из цехов НИИточмаша.

— Стоп! Какие еще реле? — опешил я. — Какие реле, я тебя спрашиваю?!

— РСЧ52.

— И куда нам эти реле впились?

— Ты не въезжаешь, что ли? — зашипел Федор. — Там по техдокументации содержание серебра порядка семисот грамм на тысячу штук!

— А ты представляешь, сколько с нас слупят, чтобы это серебро выделить? Или у тебя собственная лаборатория? Нет, дели напополам деньги.

— Да не надо ничего выделять! — подмигнул мне Ямин. — Там контакты из серебра. Берешь кусачки — и вперед. Нужны будут люди, но это решаемо, полагаю. И в слитки его потом переплавить не проблема.

— И сколько этих реле надо раскурочить?

— По документам на складе зависло тридцать тысяч штук.

— А чего так много? — засомневался я.

— Так время какое было! Самый развал страны. Все производства набок легли. И этот, как его... бартер.

— Ладно, все это здорово. Но с чего ты взял, что реле до сих пор на складе?

Дело больше не представлялось мне таким уж верным. Как-то от него неприкрытой авантюрой попахивает.

— Цех тот подтоплен, его и не разворовывали толком. Да и кому эти реле нужны? На них ведь не написано, что внутри контакты серебряные, — самодовольно улыбнулся Федор. — А мы с компаньонами на территории института складское хозяйство хотели организовать, ну я между делом в бумагах и пошарил.