Зодиак: Печати прошлого

И карта на миг приняла зеленый оттенок, который тут же исчез, стоило пришедшему в движение изображению вернуться в свое изначальное положение.

Хора вскочила, откладывая карты. Она накинула на плечи легкую шаль и, сорвавшись из дому, направилась к своему кораблю. Весы держала курс на остров Водолея, благо находившийся в предельной близости от ее собственного. Если, в принципе, можно было бы измерить расстояние между парящими в пространстве островами, окруженными защитными чарами.

В спешке Хора и не заметила, что среди карт Астрала одна уже давно приняла зеленоватый оттенок.

А на всех перевернутых лицевой стороной картах Хранителей на краткий миг, но появился замысловатый знак. Латинская, как не сказали бы сейчас, буква U перечеркнутая витиеватой закорюкой, чем-то напоминавшей волну.

***

— Пригнись!

Кастиэль высунулся из кустов, наблюдая за тем, как Саша в очередной раз валится на траву от выпада Макса.

— Ау, — Кас потер затылок, словно это он стукнулся о камень, и пригнулся, вновь ныряя в кусты.

— Ты официально умираешь восемнадцатый раз, — констатировал Дракон, опираясь на палку, которой он и фехтовал.

— И это только официально. Еще раз десять ты доказывала мне, что удар в печень не есть смертелен.

Макс недовольно фыркнул. Кира явно казалась ему не самой тупой ученицей. В сравнении с Сашей даже Лев легко бы стал величайшим дуэлянтом области, страны и Зодиака.

— А ты помалкивай у себя в кустах! — крикнул он, разыскивая взглядом Кастиэля. — Твоя подопечная проигрывает твою честь!

— У нас все-таки обычная тренировка! — вспылила Саша.

— Первая тренировка, — подсказала из-за дерева Мару.

— Она вообще твоя девушка, чье достоинство еще пострадает! — двусмысленно подметил Кас.

Судя по шорохам, он либо копал себе берлогу, либо уже отгрохал шалаш. Либо рыл могилку, что тоже нельзя было исключать из возможных вариантов. Да и в присутствии Макса могилка вполне могла пригодиться. Особенно Кастиэлю с его длинным на шуточки языком.

— Если ты роешь могилу — не заморачивайся с оформлением.

— Твою ж морковку, Мару! — Кастиэль подскочил как ужаленный. — Какого херувима ты так подкрадываешься? Если меня не прикончит твой дорогой братец, то я схлопочу инфаркт от тебя.

— …в крайнем случае я накрою тебя еловыми веточками. Чтобы медленнее окочурился, — она мило улыбнулась. — И, за надобностью, сварю всем супчик на поминки. Чтобы не замерзли.

И как по этой миловидной девушке можно было сказать, что ей пять тысяч лет? Вот и у Кастиэля не получалось.

— Мимо.