Там, где тепло

Тут только на первый взгляд все открыто и демократично. На самом деле даже в Центральный участок Дружины человеку с улицы попасть проще.

Обогнув крыльцо главного входа, на котором под порывами будто сорвавшегося с цепи ветра пыталась курить очередная партия слишком легко одетых для такой погоды студиозусов, я толкнул служебную дверь, подошел к регистратуре и кинул пропуск-дощечку в лоток.

— В разрешительный.

— К кому именно? — подняла на меня взгляд сидевшая за бронированной перегородкой девушка.

— К Резниковой Оксане Григорьевне.

Гимназистка зажмурилась, какое-то время беззвучно шевелила накрашенными ядовито-красной помадой губами, а потом тряхнула головой и вновь открыла глаза:

— Она не может вас принять.

— Не может? — неприятно удивился я. — А вы передали, кто именно пришел?

— Разумеется! Принять вас не смогут. Пропуск аннулировать?

— Нет, подождите! Тогда к Линеву Вячеславу Степановичу.

Девушка посмотрела на меня с неприкрытым раздражением — мол, сколько можно голову морочить? — но все же закрыла глаза, пытаясь связаться с названным мной гимназистом. На этот раз общение несколько затянулось, но и результат в итоге оказался кардинально иным.

— Триста девятый кабинет, — сообщила контролер, возвращая пропуск. — Не забудьте отметить время.

— Благодарю, — улыбнулся я и направился к лестнице.

Поднявшись на нужный этаж, какое-то время бродил по пустынным коридорам, освещенным лишь сгустками дрейфовавших под потолком колдовских огней, с трудом отыскал в одном из закутков дверь с криво прикрученными цифрами «три, ноль, девять» и постучал.

— Входите! — тут же откликнулись изнутри, и, повернув ручку, я переступил через порог.

Судя по количеству столов, изначально этот кабинет был рассчитан на четверых, но сейчас указавший мне на единственный не занятый папками стул Слава Линев находился тут в полном одиночестве.

Я окинул взглядом обстановку и несколько приуныл — важную шишку в такую дыру не засунут. Тут и вдвоем разминуться вовсе непросто: все свободное место занимали шкафы, тумбочки и столы.

— Привет, привет! — протянул мне руку гимназист.