Кровь и Пламя

Вторая линия - это медики, следовали и Иван Лисицын в виде приглашённого эксперта по оккультизму Третьего Рейха. Сам он до сих пор не понял, почему внезапно оказался лучшим из возможных специалистов в этом вопросе, но, видимо, просто был самым доступным, в сложившейся ситуации иные, более разбирающиеся в этой теме волшебники, могли отказаться участвовать в операции по политическим мотивам. А возможно, его привлекли, потому что он был не столько академическим исследователем, но человеком ещё и с навыками криминалиста, а лечебницу Агриколы следовало бы рассматривать именно, как место преступления, а не как исследуемый исторический памятник.

В третьей же линии находились оставшиеся трое из наиболее важных персон - Мюллер, Бергман-Поль и Хоннекер, и от них требовалось лишь не попасть под случайное заклинание, а в случае необходимости оказать административную поддержку в рамках своих возможностей. Хоннекер отвечал за колдомедиков, которых, если потребуется, можно будет дополнительно доставить на место операции.

Ну, а у фрау Мюллер была простая задача, изображать жёсткий контроль действий русского специалиста. После того, как она это узнала, то только лишь попросила Ивана не умирать, когда он зайдёт в лечебницу, а в остальном она его не намерена особо ограничивать.

На часах была четверть восьмого вечера, когда они вышли из кабинета Шваница. На одном из столов сидела Кристина Фавр де Поль, скрестив руки на груди и подперев кулаком подбородом:

- Герр Шваниц, а можно Вас отвлечь? - увидев главу мракоборцев, она резко вскочила с места.

- Фройляйн, а Вы здесь какими судьбами? - совершенно спокойно улыбнулся тот.

- Мне нужно забрать одного пациента из клиники Шарите́, - она упёрла руки в бока, Виктор и Иван заметили, что уже ставшей привычной перевязи, где покоилась рука, нет.

- А как Вы оказались здесь? - с любопытством спросил мракоборец.

- Меня впустил администратор.

- Вас не должны были впустить в наш департамент, - усмехнулся Шваниц, - Уже наш секретарь, Вам же не назначено было.

- Так у вас никого не было, - захлопала глазами француженка.

- Герр Шваниц, у Вас все ушли на фронт, - с издёвкой произнесла Марта Мюллер.