Кровь и Пламя

- Кстати, слышал историю, что после войны по Германии прокатилась волна охоты на ведьм? - голос взрослого мужчины ей показался знакомым, но она, вроде бы, никогда раньше не слышала его.

- Нет, это после Первой Мировой что ли? - более молодой мужской голос она узнала, это был тот мерзкий русский!

- Нет, после Второй, - мужской голос спокойно отвечал ему, - И всё происходило в союзной зоне оккупации.

- Интересно, никогда не слышал, - голос Лисицына звучал всё отчётливее, а Кристина понимала, что её прогулка с дедушкой была лишь сном, и сейчас она просыпалась в плену у русских.

- Вот, представь, под носом у американских властей творится форменное мракобесие, а им не то, чтобы было особенное дело до этого, - Кристина узнала мужской голос, это был глава аналитиков русских наёмников, точно!

- О, я всё жду, когда Америка решит влезть в эту заварушку.

- Ну, мне что-то подсказывает, что вне зависимости от того, чем там в Бундестаге дело кончится, завтра надо ждать реакции, а послезавтра гостей.

Кристина открыла глаза.

Она полулежала на кресле, на том же самом, куда её усадил Лисицын, когда подавил её волю. На ней был тот же летний сарафан и кеды - здесь совершенно ничего не поменялось.

Напротив неё на столе сидел сам русский волшебник, сидел по-турецки поедая вилкой что-то из тарелки. Рядом с ним стояла ярко горящая керосиновая лампа и чашка, от которой поднимался пар.

Девушка пошевелилась и повернула голову, оглядываясь.

- С пробуждением, сударыня, - Романов сидел, закинув ногу на ногу, у изголовья кровати сбоку от неё и также что-то ел из тарелки, - Прошу прощения за действия этого пса режима.

Лисицын на эту фразу закатил глаза и отправил вилкой кусок чего-то себе в рот.

Кристина вдохнула, усаживаясь на кресле прямо, и учуяла запах кофе. Повернула голову и увидела на табуретке чашку с чёрным ароматным напитком и тарелку. На тарелке лежал стейк и печёные овощи. Судя по всему, именно это и ели русские волшебники.

- Верните мои палочки, господа, - голос Кристины был недовольным, она одновременно была удивлена, что проснулась несвязанной и вообще вполне целой, но с другой стороны понимала, что попытка силой вырваться отсюда для неё будет чревата.

- Верни палочки, ирод, - произнёс ироничным тоном Михаил и посмотрел на Ивана, который даже перестал жевать.

- Ты сидишь на них, - недовольно произнёс тот и дожевал кусочек.